Самая ненавистная роль, какую только можно представить.
Хорошо еще, что Джанат не давит, видит, что тема меня смущает и переводит разговор. Больше не поднимает. Вопреки всему, мне становится легче рядом с ней. Она единственная, кого могу называть мамой. Я чувствую ее тепло и заботу. Мне почти хорошо. Боль отступает, пусть и на время.
Таир разрешает мне переехать в дом Джанат. Я рада покинуть особняк, в котором жила как пленница. Избавиться от Славы.
Но есть и мучительные моменты. Брожу по комнатам, снова и снова вспоминаю, как впервые оказалась в этом доме.
Как ребёнком играла здесь. Сначала это место казалось мне волшебным дворцом. Я чувствовала себя Золушкой, которая вот-вот превратится в принцессу. Вспоминаю как привыкала к школе, знакомство с Верой. Как заботился обо мне Ахмет. Защищал меня. Стал отцом.
Воспоминаний так много, труднее всего отвлекать от себя мыслей о Руслане. Здесь мы впервые столкнулись. Увидев красивого высокого молодого человека, я сразу почувствовала какое-то жжение в области сердца.
Потом это переросло в глубокое, навязчивое, не оставляющее на минуту чувство.
Каждую ночь, пока Джанат спит, я выбираюсь из своей комнаты. Тихонечко прокрадываюсь в кабинет Ахмета и методично обыскиваю. Не знаю что ищу.
Однажды мама едва не застукала меня, пришлось спрятаться под столом в кабинете, просидеть там почти час. Но именно это помогло мне найти папку, приклеенную снизу стола. Явно очень старая бумага, выцветшая. Это было завещание Адама Лорсанова. Все его активы, фирма, недвижимость, переходили к дочери.
Мире Лорсановой. Там же было приклеено моё свидетельство о рождении.
Я не понимала, что делать с этими бумагами.
Да и что теперь сделаешь, если Ахмет мертв. Все унаследовал мой похититель, мой палач. Который вскоре станет моим мужем.
***— Какая красивая невеста правда, мама?
Таир выглядит страшно довольным. Джанат кивает сыну, хотя почему-то не выглядит сегодня счастливой. Особенно на фоне Айдарова, который буквально сияет.
— Мама, ты правда за нас рада? — Таир подходит к матери, кладёт руки ей на плечи.
— Конечно, дорогой.
— Ты выглядишь грустной.
— Да просто неважно себя чувствую. Сердце что-то шалит.
Джанат и правда с самого утра очень бледная. Мне даже показалось, что у нее дрожат руки, когда мы пили кофе внизу.
— Надеюсь, все пройдет. Можем вызвать врача.
— Ну что ты, не нужно. Я уже приняла успокоительное.
— Ты волнуешься больше чем невеста.
— Да… это так.
— Хорошо, что наша свадьба только между самыми близкими.
