Мы все, за исключением разве что Кристиана, стояли у нее за спиной. Вот в этом самом зале. Мы все хотели, чтобы она умерла. Предательница. А когда она испустила дух, мы забрали всю ее силу себе.
Я смотрю на Сафрона, и не могу поверить услышанному."
"— Мой сын был категорически против, поэтому мы были вынуждены убить и его. Вот так, дорогая Ульяна, я и лишился своего любимого сына. Никто так не предан общему делу, как я. Я скучаю по Матиасу каждый день. И я оказался на самом деле счастлив, когда узнал о твоем существовании.
О том, что у меня есть кровная внучка.
Сафрон шумно выдыхает.
— Так что, Ульяна, я призываю тебя к благоразумию еще раз. Не повторяй ошибок своей матери и своего отца. Не иди против Совета.
— Я бы могла убить сейчас всех вас, — цежу я, обводя взглядом присутствующих. — Думаю, это было бы справедливо. Но я не стану этого делать. Однако если вы встанете на моем пути и не прекратите уничтожать людей, то клянусь, я это сделаю.
Пространство слева от меня взрывает рваным смехом.
Вампир Витторио.
Он смеется громко и с удовольствием, запрокинув голову назад. Но этого ему становится мало, и он начинает звонко хлопать в ладоши.
— Какая пламенная речь. Браво, браво, — издевательски тянет он.
Но тут же смех его обрывается. Также резко, как и начался.
— Валентин убил твою мать, а я убью тебя.
Секунда, и обескровленное лицо вампира уже в сантиметре от моего лица. Не думала, что они могут двигаться настолько молниеносно. Но вот смог, а его ледяные пальцы уже смыкаются на моей шее.
В прошлое время я бы обмерла от ужаса. Я бы тут же начала паниковать, а потом попыталась бы вырваться.
Но после ритуала, в котором я чудом не погибла, все изменилось.
Я спокойна и просто констатирую факт, что самое время выпускать на волю своего внутреннего демона. Он итак долго ждет.
Я закрываю глаза, расслабляюсь и позволяю своему телу и своей силе все решить за меня.
— Ааааа, — слышу бьющий по барабанным перепонкам то ли визг, то ли вой.
Распахиваю глаза и наблюдаю за тем, как вампир корчится от боли у моих ног, схватившись за тот обрубок, что раньше именовался его рукой.
Теперь же это лишь обугленный остаток.
Все присутствующие не мигая наблюдают за этой картиной.
— Кто-нибудь еще хочет попытаться? — интересуюсь я.
— Может быть вы, сэр…
— Грейхем, — подсказывает мужчина и я киваю.
— Не думаю, — отвечает он, — прочистив горло. — Темный лорд не простит нашему клану, если я буду причастен к убийству его пары.
