Стоило нам свернуть после храма направо, как дома почти сразу исчезли, к дороге с обеих сторон подобрались деревья, а сама она взмыла вверх. Так круто, что даже тяговитому и выносливому двигателю «козлика» пришлось постараться, поднимая машину в гору. Дядя лихо вращал рулем, вылавливая раскатанную колею, пока за очередным поворотом сосны не расступились, выпуская нас к бревенчатым постройками.
— Вот он, наш Гром-камень. — Дядя остановил машину в нескольких шагах от стены. — Давай-ка прогуляемся — хоть посмотришь, как тут и что.
Я выбрался наружу, откинул сиденье и протянул руку Кате. Та фыркнула, задрала нос, но отказываться от помощи не стала. Впрочем, никакой благодарности я, конечно же, не дождался: ее сиятельство вредина тут же упорхнула куда-то, оставляя нас с дядей одних у небольшого приземистого здания — то ли гаража, то ли сарая.
Из-за которого выглядывал здоровенный — чуть ли не в три моих роста — гранитный валун с неровными краями. Благодаря которому родовое поместье Костровых, собственно, и получила свое название — Гром-камень.
Дядя рассказывал, что его когда-то забросил сюда один из великанов, с которыми сражалась дружина Рерика. И я, как ни старался, так и смог придумать другого объяснения, каким образом такая махина могла оказаться на вершине холма.
Но если кусок скалы и появился здесь случайно, то саму усадьбу явно строили с умыслом. Древние Костровы знали толк в фортификации — и выбрали место не просто так. Раньше, когда холм над Отрадным еще не успел зарасти вековыми соснами, с него наверняка просматривалась вся округа.
Да и сейчас обзор был неплох: древесные великаны стояли друг от друга на почтительном расстоянии, и незамеченным между ними к усадьбе пробрался бы разве что кто-то размером не больше белки.
Всего я насчитал восемь зданий, хотя их, конечно же, могло быть и больше — если какие-то примостились на берегу реки с той стороны холма.
— Что, нравится? — усмехнулся дядя. — Пойдем дальше, от дома на Неву вид — закачаешься."
"Я никогда не считал себя ценителем прекрасного, однако зрелище впечатляло: в полусотне шагов перед нами земля заканчивалась обрывом и, казалось, волны играют солнечными бликами совсем рядом, чуть ли не у самого подножья холма, на котором стоял Гром-камень.
Прямо напротив усадьбы река была шириной чуть ли не в половину километра, но чуть дальше вниз по течению загибалась и суживалась примерно вдвое, будто полоска из темного камня каким-то образом стягивал два ее берега.
— Великанов мост.
