Прежний я, пожалуй, тут же записал бы девчонку в паникерши, однако нынешний уже достаточно изучил мир вокруг, чтобы представить последствия огня, гуляющего среди сосен в паре шагов от села. Погода в последнюю неделю выдалась жаркой, и ветхие деревянные домики могли вспыхнуть, как спички. И превратиться в раскаленные угли быстрее, чем люди внутри успеют проснуться и похватать свои пожитки — хотя бы самые ценные.
— Все на улицу! — рявкнул я втрое громче Елены.
И побежал за ней, колошматя кулаком по каждой двери на пути.
На первом этаже в меня едва не врезался темноволосый паренек примерно пятнадцати лет от роду, который тоже мчался наружу. Но без страха — на его лице я увидел только тревогу и мрачную сосредоточенность. Похоже, Аскольд Ольгердович прекрасно знал, что следует делать в таких случаях.
В отличие от меня.
— Ведра тут справа! — Елена первой выскочила на улицу, разве что не вышибив дверь плечом. — А я пока проверю, не случилось ли…
И будто в ответ на ее слова из пропахшей дымом темноты раздался протяжный и испуганный женский крик.
Голос дрожал так сильно, что я не сумел разобрать одно единственное слово.
Зато Елена сумела.
— Огневолки! — выдохнула она. — Да откуда ж им тут взяться?..
Полыхающие мощью аспекта силуэты неторопливо наступали, будто нарочно выстроившись полукругом. Я насчитал около полудюжины, и еще примерно столько же метались среди деревьев позади — там, где вдалеке что-то горело и слышались крики, возня и лошадиное ржание.
"
"— На конюшню забрались. — Елена выдернула из колчана стрелу. — И в сарае скотину режут.
Ее беспокоила живность, однако у нас имелись проблемы и посерьезнее: в темноте за соснами орудовал молодняк, а самые крупные и матерые звери стянулись к дому. Волки неторопливо подступали, оставляя на утоптанной траве дымящиеся отпечатки лап.
Обычные звери себя так не ведут. Они скорее остались бы там, где много почти беззащитной добычи, но не пошли бы к человеческому жилью. Однако эти не только обладали собственным аспектом, а еще и чувствовали наши, безошибочно определяя, откуда придет опасность.
Их влек сюда не голод, а инстинкт и подпитанная столетиями генетической памяти ненависть к Одаренным — ходячим источникам чужеродной магии. Конкурентам, захватчикам охотничьих угодий и страшным врагам, способным в считанные мгновения истребить всю стаю.
Вожак — самый крупный из огненных хищников — припал к земле, готовясь к прыжку.
