— Ччч… Что ты здесь делаешь? — выпаливаю, — уходи. Это женский туалет.
Но он меня не слушает и не отвечает ни слова.
Просто подходит, да так быстро, что я не успеваю ничего сделать. Подхватывает под коленями и закидывает себе на плечо.
— Ай, — ору я, — боже. Боже мой.
Даже и в страшном сне мне такое не приснится.
Чтобы какой-то парень схватил меня, словно добычу и закинул себе на плечо. Попой кверху, головой вниз.
Позор, какой же это позор.
Пока я луплю кулаками по крепкой, словно состоящей из одних мышц, спине парня, он выносит меня из туалета, доходит со мной до окна и сажает прямо на подоконник.
Я едва могу прийти в себя от того, что снова нахожусь в вертикальном положении, как парень плюхает рядом со мной мой рюкзак.
Боже, еще и это. Как я могла забыть о своем рюкзаке? Там все мои вещи. Пусть их немного и все они самого скромного качества, но они дороги мне. Если я потеряю рюкзак, мне придется покупать все заново и прощай накопления.
Я притягиваю рюкзак поближе к себе, радуясь, что он со мной.
Но радость моя не длится долго.
Потому что есть проблема и посерьезнее, чем возможная потеря моих вещей.
Мажор.
Он нависает надо мной, словно скала и никак не дает соскочить с подоконника.
— Демид, пропусти меня, пожалуйста, — прошу я, но парень не двигается с места.
— Что тебе нужно?
— Зачем ты убегала от меня? — вместо ответа спрашивает Демид, и его голос сплошной металл.
— Потому что я испугалась, — отвечаю честно.
— Меня?
— Конечно, — киваю я, — а разве в этом универе есть кто-то еще, кого можно бояться?
Это должно было прозвучать, как сарказм, но выходит испуганно.
Будто я и в самом деле верю в то, что говорю, а не пытаюсь пошутить.
Поэтому шутка получается так себе. На троечку с минусом.
Пробую исправиться.
— Вчера ты напугал меня и вполне естественно, что я не захотела снова с тобой встречаться.
— Вполне естественным будет, если ты побежишь ко мне со всех ног, лишь только увидишь, — произносит он мрачно.
От этих слов все мое оцепенение, весь мой страх улетучивается, будто его никогда не было.
А ему на смену приходит спокойствие и даже ярость.
Как все те девушки, что поджидали тебя при входе? Ну уж нет.
— Да неужто? — шиплю я и снова пытаюсь спрыгнуть с подоконника. Но он снова оттесняет собой к окну.
— Да, так и есть, — кивает парень.
— А не скажешь, с чего бы мне вдруг это делать?
Его ноздри раздуваются, а взгляд метает гром и молнии. Очень странно. Вчера он казался мне намного более уравновешенным, чем сейчас.
