И, кажется, меня накрыла паническая атака, потому что воздуха стало стремительно не хватать.
Но, попытавшись успокоиться и взять себя в руки, сделала только хуже, потому что моё внимание привлёк странный блик от солнца. А когда я увидела, что переливалось на безымянном пальце, моё сердце замерло. Волосы на затылке приподнялись от ужаса.
Ободок из белого золота, весь усыпанный бриллиантовыми камешками, – вот что блестело в ярком солнечном свете.
Неверяще, трясущимися пальцами, прикоснулась к металлу так, словно кольцо могло испариться от моего прикосновения.
И, видит Бог, именно этого я и хотела. Но колечко исчезать не хотело.
Уже не стесняясь наших обнаженных тел, потому что мой мозг занимала лишь одна мысль – убедиться, что это просто подарок, очередная шутка, – схватила правую руку Кирилла, которую он засунул под подушку, и замерла в надежде ничего там не увидеть.
Но и тут меня постигло фиаско. Жесткое. Болезненное. На безымянном пальце брюнета красовалась мужская версия моего кольца.
– Не-е-ет! – взвыла в голос.
Меня накрыла истерика. – Кирилл! Кирилл! – начала тормошить парня. – Проснись! У нас проблемы! Серьезные проблемы! И их будет ещё больше, если ты прямо сейчас не откроешь свои отекшие глаза!
– Что? – заплетающимся языком, явно не понимая, что происходит, пробормотал Грозовский-младший. – Что происходит? Алина? – мой обнаженный вид быстро разбудил парня и привёл в более-менее сносное состояние. – Почему ты… Мы… Мы переспали?
Ужасаясь тому, что Кирилл тоже ничего не помнит, провыла, хватаясь за голову:
– Хуже! Мы… женаты!
Глава 1: (Не)приятное знакомство
– Что?! Нет! Папа, нет!
Я стояла посреди отцовского кабинета и не могла поверить своим ушам.
Папуля, мой родной и любимый, который души не чаял в своей единственной дочери, сейчас был грозным и непреклонным.
– Я всё тебе сказал, – твёрдо чеканил мужчина. – Он хороший парень, и ты привыкнешь. Наша семья на грани банкротства. И лишь объединив фирму с компанией Грозовского, мы сможем остаться на плаву.
– Папа… – вырвался жалобный всхлип, как в детстве.
Губы дрожали от охвативших меня эмоций.
На мгновение что-то промелькнуло в глазах Валерия Викторовича, но оно быстро было потушено банкротством, которое сейчас перевешивало счастье дочери.
– Алина, это временно. Элеонора сказала, что ваш брак с Кириллом будет лучшим гарантом нашей договоренности, нежели остальные бумажки. Потом ты можешь развестись с ним спустя пять лет, когда контракт потеряет свой вес.
Повисла гнетущая тишина.
