— И давай признаем тот факт, — между тем продолжала Марта, — в этом возрасте и среднестатистический мужчина не меняется, уже не говоря о таком, как Барретт.
Я отчетливо осознавала ее цель — она хотела обезоружить меня, загнать в комплекс неполноценности, заведомо нарисовав мое безрадостное будущее с Барреттом и внедрив в мое сознание мысль, что я со своей любовью ему не интересна, пресна и скучна. Она хладнокровно била на поражение, лишая меня веры в себя, в него, в нас."
"Собираясь с духом, я опустила глаза и попыталась успокоиться.
Я знала, что не имела права сейчас реагировать или сдаваться. Мне нужно было хоть что-то, чтобы уцепиться и сохранить мое самообладание и веру. И я начала вспоминать. Картинки, как фотокадры, сохраненные в памяти, всплывали одна за другой: покушение и щит Барретта, его защита — надежное укрытие на базе, полет на ""Limitless"", наш Эдем, общение с Солярисом и над всем этим тихое ""Она в настоящем? Можешь считать и так"". Эти воспоминания, сплетенные воедино с моей любовью, давали мне силы и создавали, кирпичик за кирпичиком, фундамент веры.
Переведя дыхание, я спокойно посмотрела на ее безупречное лицо и попыталась понять ее правду. Скорее всего, много лет назад, она полюбила Ричарда. Может быть, это был единственный мужчина, которого она любила в своей жизни. Может быть, она всю жизнь тешила себя иллюзией, что все таки настанет день, когда она будет с Ричардом. И, вероятно, именно по этой причине она не хотела признавать другой реальности. А когда людей лишают иллюзии, они бьют, потому что им больно — ведь розовые очки ломаются стеклами внутрь.
Взглянув на нее именно с такой позиции, я поняла эту женщину и грустно улыбнулась.
— Мне вас жаль. Вы глубоко несчастная и одинокая женщина, — я произнесла это без сарказма, просто, как констатацию факта.
Марта, не ожидая от меня такой реакции, на секунду застыла, и в ее глазах блеснуло то ли удивление, то ли непонимание.
— Мне кажется, ты ошиблась адресом, — улыбнулась она, давая понять, что эти эпитеты скорее подходят мне, а не ей.
— Нет, я не ошиблась, — отрицательно покачала я головой. — Если бы вы были счастливы, вы бы не пытались вернуть Ричарда. И все, что я сейчас вижу, — одиночество в глазах и пустую безрадостную жизнь с удобным, но нелюбимым мужем.
На мгновенье Марта опустила веки, и я отчетливо почувствовала, что она принимала решение, — ей определенно было, что мне сказать. Словно она обдумывала — раскрывать ли передо мной карты.
