— Усмехнулась Эльза, показывая фото госпиталя, небольшое рождественское дерево, накрытый стол и улыбающуюся Эльзу, которую обнимает муж.
— Я тогда не смогла уехать на Рождество домой, и муж приехал ко мне на неделю. Было весело, — почему-то вздохнула она.
— А доктор Митчелл тоже с семьей? — увидела я рядом на фото Генри с женщиной средних лет.
— Нет, это главная медсестра. Она потом ушла, и я ее заменила. Шарлотта — жена Генри, не смогла бы в любом случае приехать к нему.
— Почему? Визу не дали?
— Нет… У них дочь… с синдромом Дауна.
— Да, конечно, какие поездки, тем более в горячие точки… — нахмурилась я, и картина начала вырисовываться.
Я была почти уверена, что между Эльзой и Генри в прошлом была связь. На фото они смотрелись, как идеальная пара. Я была почти уверена, что она поэтому и ушла от мужа — поступила честно, и теперь было понятно, почему Генри не оставил семью. Это было бы сродни предательству, он бы не смог так поступить, это бы сломало его и его принципы.
— Это его крест… — в задумчивости продолжила я свою мысль вслух.
— Так и есть, — услышала я голос Эльзы и посмотрела на нее.
Она грустно смотрела на фото, не поднимая глаз, и я, чувствуя ее печаль, положила голову ей на плечо, чтобы хоть как-то ее успокоить. Она приобняла меня и перевернула еще одну страницу своей жизни.
— А это ""первая любовь"" Макса, — усмехнулась Эльза показывая на светловолосую малышку лет трех, которая крепко сжимала руку маленького Макса. — Дочь моей подруги.
— Очень милая, — улыбнулась я и, вспомнив тему, которую он пел мне в своей ""норе"", спросила: — Они видятся?
— Нет, уже давно.
Лет десять как, — сказала она и перелистнула страничку: — а вот Макс на выпускном.
Рассматривая фото, я отметила, что везде он был в окружении ребят, которые искренне хотели находиться с ним в одном биополе, а он, стоя по центру, смотрел на камеру — уверенно и спокойно.
— У Макса много друзей.
— Как говорил Рассел — он по натуре лидер, — кивнула Эльза, рассматривая школьные фото.
На одной из фотографий Макс стоял на фоне шаров и нарядной драпировки, как я поняла, на выпускном, а рядом прижималась к Максу и довольно улыбалась яркая шатенка.
Я вспомнила, как Джино назвал его ""Красавчиком"" и усмехнулась:
— Макс обласкан женским вниманием, начиная с детского сада.
Эльза бросила взгляд на фотографию и махнула рукой.
— Все это несерьезно, — небрежно произнесла она.
— Просто не нашел свою.
На это Эльза ничего не ответила и перевернула страницу.
