— Они в тумбочке, — показал он глазами и добавил: — Обычно я слушаю аудиокниги. Но Эльза наотрез отказалась давать мне в руки технику.
— Я с ней полностью солидарна! — с энтузиазмом ответила я и, пройдясь глазами по старым корешкам книг, взяла потрепанный томик Адамса ""Автостопом по галактике"".
— Забавно, что ты выбрала именно эту книгу, — усмехнулся Макс и пояснил: — С нее началась моя привязанность к фантастике.
И я читала. Читала много. Бредбэри и Шекли, Пратчетта и Азимова — читала всё, что находила в тумбочке.
Читала много, иногда до боли в горле. Даже когда в руках Макса появился телефон и ноут, он все равно иногда просил читать, поясняя тем, что это экономит его время. Одновременно он работал с написанием очередной программы — как он объяснял, ""для того, чтобы мозги не застоялись"", и ""мои рассказы"" помогали ему сосредоточится. Я не возражала — у каждого был свой метод учиться и работать, но порой мне казалось, что Макс меня просил читать, чтобы я вновь не поднимала тему об их конфликте с Барреттом.
А вопрос был, он мучал меня и не давал покоя — почему Макс не выбросил этот злополучный носок. Его ответ ""Забыл"" мне не казался правдивым. Именно из-за этого носка у меня никак не сходился пазл, который так красиво собрали для меня и Макс, и Барретт, показав мне общую картину моей непричастности. Хотя, может быть, только для меня, не знавшей подробностей и фактов, вся эта ситуация была неопределенной, и я лишь оказалась не в том месте и не в тот час, нелепым образом, по глупости, встав на пути двух мужчин?
Глава 21
Сейчас, по прошествии двух недель, я стояла в палате, смотрела на спящего Макса, и внезапно в моем сознании промелькнула мысль, от которой я горько усмехнулась — все-таки жизнь полна иронии и непредсказуемости.
Я так рвалась к Ричарду, когда он якобы был в больнице, вымаливала ему жизнь и отпущение грехов, а по факту прихожу к другому человеку, и меня сюда гонят совсем другие эмоции. От воспоминаний сердце кольнуло острой иглой, внутри все сдавило, будто на меня положили каменную плиту, и я физически ощутила боль в грудной клетке.
Я аккуратно выдохнула и, вновь отрезав воспоминания железной стеной, перенаправила сознание в реальность.
Макс шел на поправку. Как сказал доктор Митчелл ""сильный молодой здоровый организм — должен быстро справиться"". Но, как и любой доктор, в прогнозах был осторожен, опасаясь последствий, которые после травмы печени могли быть.
