Я ласкала его нежно и аккуратно, стараясь не нарушать успокоенности Хищника. Наконец, поцеловав кадык, я прильнула сначала к колючему подбородку, а затем лизнула его жесткие губы, пытаясь проникнуть языком в его рот. Он тут же жестко всосал мой язык, и я почувствовала его пальцы на своем клиторе, а затем и глубоко внутри себя, проверяющие мое возбуждение.
— Милый, я готова, — тихо прошептала я, накрывая его ладонь своею и, вновь взяв инициативу на себя, медленно начала опускаться на его член, обволакивая его своим лоном.
Я была не опытна в роли активной стороны в наших сексуальных отношениях, но уже совсем не комплексовала по этому поводу — сейчас я знала наверняка, мой опыт был не главным в этом сакральном соитии — сейчас он впитывал в себя мою ласку, которую я щедро дарила ему, сейчас я занималась любовью со своим мужчиной по-женски, мягко и аккуратно, обволакивая его своей нежной энергетикой, и он не возражал — он отпустил меня на время в свободное плаванье, лишь иногда корректируя мой курс и размеренную скорость.
Почувствовав вновь его пальцы на своем лоне, я тихо вздохнула, ощущая, как резко подступает волна внешнего оргазма, и, стиснув зубы, быстро и бурно кончила клитором ему на ладонь, сжимаясь на его члене. Он на время остановил меня, то ли давая мне выйти из этого подпространства, то ли сам желая почувствовать мою пульсацию, но внезапно он протянул руку к моей шее и, плотно сжав мое горло пальцами, тихо прошептал:
— А теперь жестче. Ты умеешь кончать по-другому.
Я кивнула, понимая, что он имеет в виду другой оргазм, внутренний и очень сильный, и, ухватившись за его предплечье руками, словно за остов, начала наш ритуал сначала медленно, а затем, набирая темп.
Прислушавшись к ощущениям и чувствуя его член глубоко внутри, я уже понимала по завязывающемуся в животе узлу, какой угол мне принять, и как двигать попой, чтобы удержать, не упустить этот сладкий момент нарастающего экстаза где-то глубоко внутри. Мне очень нравилось, что я насаживалась на него глубоко, так я ощущала нашу целостность, — Он заполнял собой каждую пору моего естества, приближая меня к пику.
Вцепившись пальцами в его кожу, чувствуя жжение в коленях от трения, я вдавливалась в него что было силы, желая быть полностью захваченной им изнутри.
Барретт, сжимая одной рукой мою талию, помогал мне не сбиться с темпа, и я чувствовала по нарастающей силе его толчков и напряженности его налившегося до максимума члена, что он на пределе и ждет меня.
