Ночка предстоит долгая, возможно до утра гудеть придётся, так что постарайся не парить мозг — ни себе, ни людям. Просто осмотрись, выпей пару коктейлей, попытай удачу в рулетку. Улыбайся, звезди, подсвечивай Коломойца. Всё. Это же не сложно? Тем более, что завтра будет отсыпной.
Я промолчала. Просто смотрела в окно, и думала о том, что это может, и не сложно, но… Я так долго растворялась в толпе и заметала следы вовсе не для того, чтобы появиться вдруг снова и, возможно, привлечь к себе внимание именно тех, от кого бежала.
Им в подпольном казино как раз самое место.
— Что-то не так? — пытливо посмотрел на меня Гордеев.
— Нет. Просто не люблю все эти тусовки.
— Это как-то связано с твоим прошлым?
Я обмерла.
— В смысле?
— Ну ты же не думаешь, что я подпустил бы к Коломойцу не пойми кого? — пожал он плечами. — Мне не за это платят.
Зашибись. Мы ехали, ехали и наконец, приехали. Три года, блин, псу под хвост!
— Кто ты? — после долгой паузы, сумела я, наконец, взять себя в руки.
— Только честно.
— Просто личный телохранитель, который хорошо знает свою работу. Не переживай, ты не представляешь для босса угрозы, поэтому твоё прошлое остаётся с тобой. Мне просто интересно что там у тебя, да как. Обычное любопытство, особенно, если твой отец действительно работал на Жагровских. — Глянул на меня искоса. — Расскажешь как-нибудь?
— Почему я должна тебе верить?
— А у тебя есть выбор?
А то! Выбор есть всегда! Например, можно выскочить на ходу из машины и попытаться исчезнуть в неизвестном направлении… бросив Верку, Семёна и учёбу.
— Если ты узнал, что я скрываюсь, то должен понимать, что мне нежелательно светиться. И тогда какого хрена, ты взял меня на работу, где моя главная задача — светиться?!
— Потому и взял, что сам же лишний раз случайно привлёк к тебе внимание. За тобой ведь теперь следят, не забыла? Считай, что меня совесть замучила. Ну и денег ты, кажется, просила.
Я вздохнула. Ну да, так-то всё складно получается.
— Кстати, на счёт денег. Мне бы не затягивать с выкупом, сам понимаешь.
— Доверься, — кивнул Гордеев. — И вообще держись поближе к Коломойцу, тогда и тебе самой нечего будет бояться.
— Он-то чем может помочь? — фыркнула я.
Гордеев не ответил, но, мне показалось, улыбнулся. Я тоже прикусила губу, сдерживая что-то тёплое в груди — понятно же, что, говоря о Коломойце, он имел в виду себя. Фактически, обещал личную защиту.
