— Потеряешь, будешь через окно по пожарной лестнице залезать, поняла? Апартаменты Коломойца закрываются, твои и мои нет. Никогда. Это против правил, запомни.
Я обвела вороватым взглядом огромную прихожую, красивую, как мои тайные мечты.
— Вы издеваетесь что ли?
— Ты просила денег, я обещал что-нибудь придумать. Генеральный согласился взять тебя на работу, так что приступаешь с завтрашнего дня, через месяц зарплата. Сто тысяч. Плюс полный пансион на время службы.
Я снова обвела помещение взглядом. Высокие потолки, гладкие, молочного цвета стены с перламутровым отливом, на полу плитка — то ли под мрамор, то ли и правда он. Дверные ручки с позолотой, зеркало в пол… Не заброшенная дачная избушка, точно.
— И… что я должна буду делать?
— А на что ты готова?
В его голосе я явно услышала сарказм. И наверное, ему было от чего веселиться — я реально обалдела до отупения. Наверное, на моём лице сейчас было написано, что я буду делать что угодно, лишь бы получить всё вот это.
Он, наверняка, для этого и не объяснял ничего по пути — чтобы я сначала увидела и уже точно не смогла отказаться.
— Я не буду с ним спать, — положив ключ-карту на тумбу, твёрдо заявила я. — Ни с ним, ни с вами. Ни за какие деньги.
— Очень самонадеянно, — усмехнулся Гордеев. — Но на самом деле у тебя даже не будет такой возможности, потому что личные отношения исключены по контракту.
Контракт, кстати, подпишешь сегодня после обеда.
— Тогда я не понимаю. У меня такое ощущение, что вы меня разводите. Тут скрытые камеры что ли? Куда помахать ручкой?
— Это не развод, скорее удача. Коломойцу как раз нужна была личная помощница, и я, как его личный телохранитель, занимаюсь подбором кандидаток. На мой взгляд ты подходишь. Ему, как видишь, тоже понравилась. Так что тебе крупно повезло.
Радуйся.
— Аха, — криво улыбнулась я, — мои навыки ставить собакам клизмы и брить котикам бубенцы перед кастрацией как раз исчерпывают весь набор требований к личной помощнице большого босса. Нет, правда, предложение охренеть, какое крутое… Но, боюсь, я тупо не потяну.
— Ты даже не представляешь, как сильно ошибаешься.
— Хорошо, что мне нужно будет делать?
— Перестать материться — это раз.
