У некоторых семей есть грузовики, но папа считает, что это дорого. Да и бензин стоит денег.
– А как они перевозят юрты? – Изабель с сомнением посмотрела на верблюда, который не сводил с неё насторожённых глаз, как будто она ему не понравилась.
– Да уж конечно, не целиком! Они разбираются, юрты. – Девочка рассмеялась, а Изабель тихо вздохнула. Она опять задала глупый вопрос. Но вокруг столько всего интересного и непонятного – как же тут удержаться?! Девочка, наверное, недоумевает, почему Изабель задаёт столько вопросов.
Её воображаемая подружка должна сама разбираться в таких вещах, разве нет? Изабель мысленно отругала себя. Может, и нет. Тилли всегда объясняет Герби, что надо делать, и вовсю им командует. Ей нравится думать, что она умнее его. А эта девочка, кажется, просто истосковалась по обществу сверстников. И теперь радуется, что ей есть с кем поболтать.
– А там у нас лошади. – Девочка повела Изабель на другой конец каменной постройки. Там их встретило радостное ржание, и три красивые лошади высунули головы наружу: тёмная серо-стальная, белогривая гнедая с белым пятном на носу и гнедая с чёрной косматой гривой.
– Какие красивые, – прошептала Изабель, протянув руку к серой. Лошадь обнюхала её пальцы и покосилась на неё с подозрением, словно не зная, как к ней отнестись. Но потом наклонила голову и позволила Изабель погладить себя по носу.
– Ты такая счастливая, – сказала Изабель. В ответ девочка улыбнулась, но как-то печально.
– Одвал! Вот ты где! – Из юрты вышла женщина в тёмно-красном дэгэле.
На вид ей было примерно столько же лет, сколько маме Изабель. – Где ты была? Я волновалась!
Одвал! Вот как зовут девочку. Изабель тихо охнула, с тревогой глядя на маму Одвал в ожидании, что та сейчас спросит, кто она. И откуда взялась. И почему на ней старая одежда её дочери. Но мама Одвал вообще не заметила Изабель. Она погладила дочь по плечу и внимательно на неё посмотрела, словно желая убедиться, что с ней всё хорошо.
– Я была в туалете, – с невинным видом ответила Одвал и показала на маленькую белую юрту в дальнем конце стойбища.
– А потом заглянула проведать верблюдов и лошадей. – Изабель очень старалась не рассмеяться. У Одвал хорошо получалось изображать дочку-паиньку. – Выпустить их погулять?
Её мама нахмурилась, словно решая, можно ли верить её словам, а потом покачала головой:
– Нет. Иди в юрту. Мне нужна твоя помощь. Сейчас все соберутся, и будем решать, что нам делать со снежным барсом."
"Одвал тревожно взглянула на Изабель.
