– Открывайте, вы меня заливаете!
Заливаю?! Я мигом вскочила, проверила все краны под сопровождение этого же звука и скорее поспешила открывать соседу, пытаясь вспомнить, кто теперь живет над нами.
Открыла дверь, готовая сказать, что у нас все сухо, и ахнула, увидев Игната, опирающегося на косяк рукой. Великолепного в своей небрежности, словно только что вышедшего из душа. На дождь я даже внимания не обратила.
– Ну что ты застыла, хочешь, чтобы соседи прибежали?
Я только открываю рот и закрываю, а в голове, кроме матов, ничего нет.
А мне очень хотелось высказать их все. Он еще и меня виноватой выставляет. Еще и за плечи берет, вызывая бурный рой мурашек, и толкает внутрь квартиры, запирая дверь. Боже, он закрыл дверь!
– Ну что ты смотришь на меня как на приведение? Я же сказал, что приеду, – усмехнулся он, проведя по рукам от плеч к пальцам. Поднял их, чтобы поцеловать. – Да не переживай. Буду вести себя как джентльмен. Выпью чая, обсужу с тобой современные тенденции дизайна помещений.
Он коснулся моей руки губами, а потом вдруг втянул воздух носом, так что крылья немного распахнулись, а глаза, смотревшие на меня насмешливо, сузились. И я только сейчас поняла ужас своего положения, потому что эта самая рука только что была между ног.
– Ну или нет… – хрипло произносит он. Я пытаюсь выдернуть руку, сделать хоть что-то, но он не дает даже двинуться и вместо того, чтобы сказать хоть слово, берет мои пальцы в рот. Боже! Я закрываю глаза, чувствуя, как стыд, так тесно связанный с возбуждением, буквально растекается по венам.
Так много хочу сказать, но губы словно онемели. – Глаза открой, Оля, и дыши.
Подчиняюсь, хотя с трудом. Он напротив, взглядом насквозь пронзает, словно душу выкручивает, делает шаг, второй, а я словно под гипнозом. Словно вся в нем теряюсь, словно проваливаюсь в глубину его глаз, они темные, а сейчас словно мрачный лес, в котором я потерялась и встретила своего волка. И сейчас он меня сожрет. Но самое страшное, что я дрожу не от страха, а от желания быть с ним.
Потеряться в пространстве не дает мне стена, к которой он меня прижимает, наклоняется, не разрывая контакт, и влажными пальцами ведет по ноге, забирается под подол, поднимая его все выше. До неприличия. До возможных криков остановить, но я все ещё молчу, смотря ему в глаза и позволяя делать с собой все, что угодно."
"– Я помешал тебе, да? – хрипит он, прижимаясь к моему лбу, продолжая подниматься уже по бедру все выше.
