Необыкновенное место, волшебное место.
Что там бывает, когда шёл-шёл, и пришёл куда-то в самое сердце твоих грёз? Сказочный город, успешный фестиваль, и в финальной сцене — настоящий бал в настоящем замке у настоящего принца? И рядом… настоящий прекрасный кавалер.
Татьяна подумала, что будь она чуток моложе, то непременно бы сама сейчас повернулась к тому кавалеру и поцеловала. И гори оно огнём. А сейчас…
Нет, не нужно огнём. Лучше сохранить возможность звонить, писать, и может быть — приехать в гости, как сказал профессор.
Потому что у них не то, что у каждого своя жизнь, а свой мир, и это не фигура речи.
Иногда нужно остановиться на пороге … чтобы потом, может быть, иногда думать о том, что осталось за тем порогом.
26. Домой
Самолёт преодолевал расстояние между Парижем и Москвой — обычный самолёт, обычное расстояние, никаких пространственных и прочих коллизий. Вылет по расписанию, полёт в штатном режиме. Посадка в салон, взлёт, обед с вином.
— Пьём за крутых нас! — Алёнка поскреблась в сиденье сзади.
Их места были два по два, и сёстры Розовы сидели сзади, а Татьяна с Мариной — впереди. И девчонки были настолько же довольными, насколько пригруженными — они с Маринкой.
— Пьём, пьём, — кивнула Маринка, и чокнулась картонным стаканчиком. — Что бы ни было — мы возвращаемся домой.
Да. Они возвращаются домой.
В воскресенье все разбежались, кто куда. Алёнка и Майя пошли тусить в городе с парнями, с которыми познакомились накануне на балу — со студентами местной академии.
Марину куда-то пригласили Роганы — после того, как они прообщались весь бал, это было неудивительно. А Татьяна поднялась, собрала и упаковала костюм и его принадлежности — чтобы потом уже был готов, и отправилась в гости в профессору де ла Мотту. Патрик обещал забежать туда же.
В общем, профессор не зря был профессором. Он рассказывал Татьяне про силу вообще и про её собственную так, что было понятно и казалось простым, но простым не было вот ни разу. Они делали упражнения на то, чтобы найти, выпустить и взять под контроль — часа два, наверное, пока она просто не плюхнулась в кресло без сил.
При этом профессору-то хоть бы что, он только посмеивался, что это ж так, ничего особенного. Но очень нужное и важное «ничего особенного»."
"За обедом к ним присоединились госпожа Клодетт, спросившая про ногу, и внуки профессора — кажется, они только поднялись после ночных гуляний где-то в городе. Впрочем, внуки что-то съели и испарились.
