Вся честная компания была в масках, настороженно косила по сторонам.
– Документы! Куда направляемся? Кто такие?
– А чего так грубо? Ослепла ты, что ли, крыса тыловая? – не сдержался молодой боец. – Шары протри да посмотри еще раз!
Вспыхнула ругань. Пассажиры автобуса дружно начали возмущаться. Мол, кто вы такие, чтобы не пропускать бойцов, возвращающихся с фронта?! Сами-то там были или всю войну проторчали в тылу у дороги, шпыняя фронтовиков?! Мы что, похожи на дезертиров, бегущих по домам?!
Гвардейцы растерялись.
На дезертиров эти бойцы нисколько не походили. Учинять драку и пачкать новый камуфляж национальным гвардейцам не хотелось. Но разве можно допустить, чтобы какие-то оборванцы указывали им, где они должны стоять!
– У нас приказ! – прорычал старший патрульный. – Останавливать все машины и проверять документы и путевые листы! Вы что тут анархию разводите? Кто у вас старший? Предъявите документы!
– А что, кредит оформлять будем? – осведомился голубоглазый военный. – Ты еще денег попроси, придурок! У вас тут что, платная дорога?
– А ну-ка ша! – возвестил майор, поднимаясь с сиденья.
– Хорош орать! – Он извлек потрепанное офицерское удостоверение, сунул под нос патрульному. – Какие еще документы тебе треба, хлопец? Не видишь, кто перед тобой? Майор Загородный, командир второго батальона аэромобильной бригады. Вот что осталось от моих людей после Аловайского котла! Все прочие тяжело ранены, полегли, попали в плен! На фронте кайфово, хочешь туда? Не знаю, что вам в Киеве говорят. Ты лучше сам съезди да посмотри.
Батальон направляется на ротацию в город Березнянск Днепровской области. Неделя на отдых и вхождение в новое подразделение. Приказ генерала Панченко. Мне плевать, хлопец, что ты о нем не слышал. Бумаги нет, извиняй, батальонную канцелярию разбомбили. Если хочешь, иди, звони и уточняй, но учти, мои хлопцы злые. Если ты нас промурыжишь тут еще несколько минут!..
В глазах патрульного заблестел страх. Драться с озверевшими фронтовиками ему не хотелось, а народ в автобусе был уже на взводе.
Этим парням не терпелось выплеснуть злобу на чистеньких тыловиков!
Он помялся ради проформы и заявил:
– Хорошо, проезжайте. Но чтобы в следующий раз…
А вот эту фразу он начал совершенно зря. Народ угрожающе зароптал, люди приподнялись с сидений, пристраивая приклады под мышки. Бойцы национальной гвардии поспешили ретироваться. Зарычал грузовик, освобождая дорогу. Автобус протиснулся в образовавшуюся щель, поехал дальше, возмущенно постреливая выхлопами.
