Он доверял ей как самому себе и частенько доказывал это в роскошной спальне бельэтажа.
Метрах в пятнадцати от бассейна за столом под грибком сидел еще один субъект в очках и расстегнутой белоснежной сорочке. Он увлеченно бегал глазами по экрану ноутбука, по которому ползли какие-то таблицы и диаграммы, и, казалось, не обращал никакого внимания на все остальное. Мужчину звали Анатолий Минько. Этот выпускник Гарварда, блестящий бизнес-аналитик был правой рукой Грабовского в коммерческих делах. Всякий раз, когда ситуация на финансовых рынках переставала устраивать Виктора Степановича, он предпочитал держать этого парня поблизости.
– Что?.. – Грабовский раздраженно покосился на Тину, плюхнулся в шезлонг и принялся вытираться махровым полотенцем.
Тина продолжала посматривать на него с явной иронией, потом покачала головой и сказала:
– Ничего, Виктор Степанович.
В те моменты, когда Грабовский уделял внимание другим женщинам, она буквально сочилась сарказмом.
– У вас такое лицо, Виктор Степанович, словно вы съели банку сгущенки.
Эта уродина еще не снится вам в кошмарных эротических снах? – Тина покосилась на дорожку, за изгибами которой исчезла прелестница в голубом купальнике.
– Да ладно, Тинушка, не грузись, это так, чисто поржать. – Виктор Степанович растекся по шезлонгу, закрыл глаза, ловя последние лучики заходящего солнца.
Он не сдержался и хохотнул. Эта самая уродина в прошлом месяце выиграла конкурс красоты в Полтавской области. Он вырвал эту куклу из пищевода начальника тамошнего УВД и пока не определился, что с ней делать.
Выбросить? Жениться? Ему очень хотелось верить, что в один прекрасный день Тина не накормит ее стрихнином.
Анатолий с довольным видом крякнул, ударил по клавише «Enter» и откинулся на стуле. Виктор Степанович с любопытством покосился в его сторону. Чем больше у Минько поводов для радости, тем краше жизнь у Виктора Степановича.
– Что, ботаник, сегодня еще не разоримся? – спросил Грабовский.
Ответить помощник не успел.
– Виктор Степанович, к вам Маслак и Лыщук! – раздался из кустов голос начальника охраны Кайгородского.
– Прикажете пропустить?
– Боже, опять!.. – манерно взмолился Виктор Степанович. – Почему именно сегодня? Когда же какие-нибудь умники наконец-то изобретут жизнь без стресса? Ладно, зови их. Послушаем, что у людей наболело.
Он с кряхтеньем поднялся, завернулся в полотенце, погрузился обратно в шезлонг и с немалым расстройством уставился на сумку-холодильник, стоявшую у края бассейна.
