А в это кресло назначат другого человека, возможно его подчиненного, но скорее всего переведут нового капитана с какого- нибудь второсортного корабля ""за выдающиеся заслуги"".
Несколько нажатий на клавиши и в его руку упал чип. Как хорошо, что он копирует все происходящее на три дополнительных кристаллических устройства. Этому уже научила жизнь и любовь интриганов Сената тасовать карты. Они непременно опровергнут скандальные репортажи с Шарси.
Адмирал усмехнулся и отправил записи со своего корабля пресветлому Михану Сартон, лионийцу, консулу юридического отдела по делам Коалиции Свободных Планет.
Консульство находится на Лионнее, одной из самых дорогих, но прекрасный планет Содружества, а сами лионнийцы считали себя светлейшей и непогрешимой расой, что не мешало им яростно уничтожать ""неправедных"" оппонентов. Закон они почитали незыблемо и в этом отношении служили прекрасным гарантом мира."
"Запись туда дойдет нескоро. Гораздо быстрее сообщение домчится до Гиффы. Он немного посомневался, но сделал приписку: ""Сохраните мир с Адораном"" и нажал кнопку ""отправить"".
Послание улетело по адресу: комитет безопасности Гиффы. Можно сказать к врагу. Теперь он по-настоящему считается предателем.
Правду говорят, что если человек начинает катиться по наклонной плоскости, ему все труднее остановиться. Он всегда думал, что служит своему народу. Что сенаторы — это временное явление и неизбежное зло, помимо их есть множество простых людей, которых он защищает. А сегодня мальчишка практически в лицо сказал, что защищает он только Сенат, прикрывая их грязные делишки и легко жертвуя людьми.
Вот оно новое поколение. Бесстрашное и дерзкое. Жаль только на Гиффе, а не Адоране. Впрочем адоранец таким не вырастет. Сломают на корню.
Адмирал включил последние новости. Надо же, гиффонцы не соврали ни в чем, убрали незначительную часть разговора. Кадры со многих камер, крупный план и новости по всем доступным каналам. Но вот появляются помехи в связи. Кто бы сомневался! Помехи со связью флагманскому кораблю может устроить только Сенат.
Адмирал встал и отправился на мостик. Сослуживцы оглядывались и бросали сочувствующие взгляды. Его команда, с которыми он провел целых восемь лет.
Он не ушел в каюту, оставшись под перекрестными взглядами, потому что знал — там есть отдельная система, чтобы спровоцировать сердечный приступ. Специально для таких случаев и он уже точно не управляет системами безопасности корабля, хоть его и перевели в ручной режим.
