Полное сканирование применяют только к преступникам, приговоренным к смерти. А он рассматривает это как запасной вариант.
Кир. Он действует не так. Он пришел с магией, рассчитывая на магию крови, которая сожжет мою душу если я не Ле-Хонна, а имею лишь часть ее способностей.
Но ради детей они пришли с миром, чинно улыбаются и хотят завоевать доверие малышей. И дети ответят им, ведь прекрасно узнают свою родную кровь.
Смотрю на них и понимаю, что ничто не вернуть как раньше.
Не вернуть. Не изменить. И ничего нельзя исправить.
Даже нашу жизнь на базе Прима один. Также, как не вернуть прошедшее лето.
— Проходите! — веду их в комнату, — Дети!"
"И тут же меня окружают малыши. Солидно обратившись в людскую ипостась, одетые в заговоренную для обращений одежду, предоставленную лордом Марано. Простую, но чистую. Настороженно смотрят на отцов. О, они знают кто перед ними.
А демоны замерли, понимая, что малыши на сто процентов их собственные.
— Риан! — приседаю рядом с сыном, положив руку на плечо ребенка, как и отец он глава своего прайда, безоговорочный лидер не потому, что сильнее, а как более ответственный, — Вы ведь знаете кто это.
Плечо под моей рукой твердое. Малыш готов к бою. Знает, что не победит, но не сдастся.
— Риан! — мягко говорю я, хотя в душе очень горжусь им, стойкий! — Ты помнишь, когда вы родились, я сказала вам, что никогда, НИ-КО-ГДА вы не пойдете против друг друга, против отцов и против клана. Что бы ни случилось, дети.
Я погладила его плечо. Ри оглянулся на меня совсем не детским взглядом.
Как и остальные малыши. И я нашла в себе силы улыбнуться им.
— Да, мама, — прошептал сын и вдруг вцепился в меня, обнимая шею. Они все решили залезть ко мне на руки.
Демоны прищурились и сменили тактику, понимая что это будет долго. Меня защищает любовь детей и им не простят опрометчивых действий.
— Так это Риан? — мягко но гордо улыбнулся Рид, глядя на малыша и холодный приказ мне, — Познакомь нас!
Как служанке. Вот так вот сразу, как должное. Он пришел в мой дом и даже не поинтересовался, как мы здесь жили.
И я назвала для детей имена отцов, пусть договариваются сами и выспрашивают имена остальных сыновей, захотят ли мои дети им открыться? Пусть отцы стараются и завоевывают доверие. Пусть сами думают как заслужить уважение.
Почему я не хочу признаваться им? Броситься на шею? Показать артефакты и тату? Они не поверят ничему. Они пришли доказать, что я не их Алис. И сделали бы это, исполнив все о чем думают, если бы не дети.
