Гордо вздергиваю подбородок. Мы боремся взглядами. Кто кого победит в невидимом поединке не на жизнь, а на смерть? Я сдаваться не собираюсь.
- Не переживай, к Матильде я тоже схожу. Она мне понравилась. Красиво танцевала. Я аж засмотрелся. Ну, ты и сама все видела. Но сначала разберусь с тобой.
Вова властно, собственнически опускает ладони мне на талию. А у меня срывает чеку. Тормоза слетают.
Я замахиваюсь и даю бывшему мужу пощечину.
- Со мной так нельзя, - грозно предупреждаю охреневшего от моего поступка Вову.
Глава 30. Слёзы
Владимир опешил. Растерянно хватается за покрасневшую от моего удара щеку. А у меня аж ладонь заболела - такой удар был сильный.
- Ты же не думаешь, что я оставлю это просто так, - задумчиво трет щеку. - Придется отшлепать тебя за плохое поведение.
В глазах Вовы сверкает злой огонек. Губы растягиваются в хищном оскале. Я замахиваюсь на новый удар, но бывший супруг успевает перехватить мою руку. Крепко держит за запястье и заламывает назад. Мне больно, и я вскрикиваю.
- Ай! Пусти!
Но Владимир не отпускает руку.
Наоборот, усиливает захват на запястье. Я не выдерживаю. Из глаз брызжут слёзы. Всхлипываю. Вова резко отпускает руку. Я падаю лицом в ладони и начинаю рыдать навзрыд."
"Конечно, я плачу не из-за того, что Вова схватил меня за запястье. А из-за всего, что накопилось в последнее время. Это и неожиданная встреча на работе с бывшим мужем, накопленные обиды, недосказанность, ревность и равнодушное Вовино поведение. У меня наступил предел. И вот сейчас льется через край.
Прямо при Владимире. Это так унизительно, но мне уже всё равно.
- Яна, - Вова крепко прижимает меня к своей груди. - Яна, прости, пожалуйста.
Я плачу Вове в грудь. Его белоснежная рубашка впитывает мои слёзы вперемешку с яркой косметикой. Бывший муж обнимает меня, гладит по волосам, шепчет что-то успокаивающее:
- Яночка, прости, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть. Я дурак. Господи, Яна, ну что ты? Пожалуйста, успокойся. Яна.
Вова отрывает меня от груди, вытирает мое лицо, но слёзы бегут и бегут.
Тогда он снова прижимает меня к себе. Я захлебываюсь. У меня истерика, какой давно не было. Вова больше ничего не говорит, только держит крепко, ожидая, когда сама успокоюсь. Мне бы вырваться из его объятий и убежать навсегда, а я не могу. Ноги одеревенели и приросли к полу.
Я пытаюсь найти в себе силы успокоиться. Это сложно, потому что чувствую себя так, будто мир рухнул. Мне плохо и больно. Я запуталась. Я боюсь.
Вова падает лицом мне в волосы.
