Со мной разговаривает, как с нашкодничевшей подчиненной.
- Этот директор агентства тоже не так прост, - продолжает. - Акционеры хотят делать ребрендинг именно у него. Я не очень понимаю их выбор. Возможно, там есть личная заинтересованность, поэтому с этим мужиком нужно быть осторожнее. От тебя требуется отправить ему пиар-стратегию «Олимпа», разработанную на этот год, и…
- У нас нет пиар-стратегии на этот год, - перебиваю.
- Как нет? - впервые с того момента, как я села в машину, Вова повернул на меня лицо.
- Вот так. Я же говорила тебе: в «Олимпе» никто не заинтересован в пиаре. От моих инициатив отмахивались. Пиар-стратегия не была нужна, поэтому я ее не делала.
- Дебилы, блядь, - Вова качает головой и тяжело вздыхает. - Тогда срочно надо делать пиар-стратегию, хотя бы на коленке, и отправлять в агентство. Возьми за образец какую-нибудь старую стратегию «Строймонтажа» и переделай под «Олимп».
- Хорошо.
- Дальше….
Вова так быстро отдает распоряжения, что я едва успеваю записывать, чтобы ничего не забыть.
В крови разыгрывается давно забытое чувство азарта. Оно бывало у меня в «Строймонтаже», когда начальник пресс-службы вызывал всех и ставил перед нами гору задач. В «Олимпе» и близко ничего такого не было. Почему-то предыдущий гендир слишком боялся публичности и считал: чем меньше про нас пишут СМИ, тем лучше. А в «Строймонтаже» я привыкла к активной работе. Конечно, не такой, как у Вовы, у него был откровенный перебор, но всё же к активной. В «Строймонтаже» я не могла позволить себе обеды продолжительностью два часа, как в «Олимпе».
Я задаю Вове дополнительные вопросы, он на каждый отвечает. На удивление у нас получается спокойный диалог. Из голоса бывшего мужа ушли строгость и металл, из моего ушли вредность и истеричность. Мы говорим о важном деле, а наши личные эмоции сейчас не к месту.
И только через полчаса обсуждения ребрендинга и других задач у меня возникает вопрос:
- А куда ты меня везешь?!
Вова едет по проспекту недалеко от дома моих родителей.
Ведёт машину уверенно, как будто знает, куда меня нужно отвезти.
- К тебе домой, - отвечает. - Или тебя надо было отвезти в другое место?
Ещё раз изумленно смотрю на дорогу перед нами.
- Но я живу в другой стороне.
- Как в другой?
- Ты меня к родителям везешь, что ли? - догадываюсь.
- Ну да. Ты же от меня к ним переехала.
Падаю затылком на подголовник сиденья и обреченно вздыхаю.
- Я больше не живу у родителей!
- А где ты живешь? - удивляется.
