— Полина, — произнес Володька в салоне «Мини Купера», — я хотел бы сегодня вечером приехать к вам. Знаешь, я уже скучаю по дедушке. Ты его подготовишь?
— Даже не подумаю! Мне кажется, тебе не стоит у нас появляться, пока не будет документального подтверждения, что мы — родня. Впрочем, я почти уверена, что результат сравнительного анализа ДНК окажется отрицательным.
— Не окажется, — заверил меня Пашутин. — Мама бы не стала говорить перед смертью неправду. Полина, скажи, почему ты так настроена против меня?
— Я сразу не слишком-то поверила в то, что ты мой сводный брат, а уж после того, как выяснила, что ты племянник Чуркова, моя уверенность стала близка к нулю.
— Интересно, что же мой дядька сделал тебе плохого?
— Мне — ничего, но я в курсе, что он страшно завидовал моему отцу и все время строил ему какие-то козни.
— Может, в прошлом что-то такое и было, — не стал отрицать Пашутин. — Я об этом не знаю. Но чему же теперь завидовать? Дядя Тимофей жив, а наш с тобой отец погиб, да еще так трагически.
Да и откуда ты вообще это взяла?
— Об этом в НИИ знали все.
— По-моему, кто-то ввел тебя в заблуждение. Лично мне дядька ничего плохого об отце не говорил.
— Но предупредил, что мы с дедом тебя не примем, — напомнила я, опираясь на слова самого же Чуркова. Володька пропустил это замечание мимо ушей. — Кстати, меня очень интересует, что Тимофей Михайлович имел в виду, когда говорил тебе: «Не получилось, значит. Ну да ладно! Будем искать другие пути».
— То есть ты подслушивала? — Пашутин попытался смутить меня.
— Больно надо! Просто у меня очень хороший слух. Так что же все-таки у вас «не получилось»? Обмануть нас с дедом?
— Ты все неправильно поняла, — принялся изворачиваться Вольдемар. — Дядька просто посетовал, что у меня не получилось найти общего языка с тобой. А насчет каких-то «путей» я и сам его не понял. Да он же пьян был! Стоило ли обращать внимание на его пустую болтовню?
— «Дядька… посетовал», — передернула я плечами. — Не думаю, что он так уж переживал бы по этому поводу, если бы не имел личной заинтересованности в том, чтобы ты вошел в нашу семью…
— А почему бы ему и не переживать за меня? Мы ведь все-таки родственники!
— Вот это меня и настораживает.
Создается впечатление, что ты ему роднее, чем дочь с женой… Или нужнее?
— С чего ты это взяла? Что ты вообще знаешь о Наташе и тете Рае?
— Похоже, твой дядька выжил их из дома своими мелочными придирками, — сказала я, опираясь на слова своей бывшей одноклассницы.
