Я рассказала ей о том, что завтра вечером по дороге из танцевальной студии Настю Рябченко против ее воли усадят в машину и увезут в неизвестном направлении. Подруга меня перебила:
— А как же Тимофей Михайлович это сможет увидеть?
— Предложи ему понаблюдать за этим процессом из мужского туалета, находящегося на шестом этаже «Свечи».
— Поля, это не вариант. Там до Волжского переулка с полкилометра будет. Он не сможет ничего толком разглядеть, — раскритиковала мой план Алинка.
— Сможет, потому что завтра в течение дня курьер принесет ему бинокль.
— Вот это другое дело! — Нечаева откинулась на спинку кресла.
— И не забудь для пущей важности спросить у Тимофея Михайловича его адрес. Мне он, конечно, известен, но ведь мисс Робин Гуд не в курсе, где живет ее клиент.
— А если он откажется его назвать? Типа, конспирация…
— Договоритесь о каком-нибудь нейтральном месте встречи, например в ближайшем сквере. Алина, ну что, мне учить тебя надо?
— Не надо, — кивнула Нечаева, — что-нибудь придумаю по ходу дела.
— И еще скажи, чтобы Михалыч почитал газету «Горовск сегодня», там должна завтра появиться заметка о подробностях задержания Перфилова. О Мануйлове, который перестал получать максимальные баллы, тоже ему расскажи.
— Разберусь!
— Тогда я еду домой. Надо еще с дедом выяснить отношения.
— А что случилось? — поинтересовалась Нечаева.
— Алина, извини, это дела семейные.
— Не хочешь говорить — не надо, — фыркнула моя подружка.
* * *Через час с небольшим я уже была дома. Ариша пребывал в прекрасном расположении духа, и я не захотела нарушать его душевное равновесие совершенно неуместными разбирательствами.
Какая разница, проиграл он или нет, а если и проиграл, то сколько! Все люди лгут по тем или иным обстоятельствам, и моя скромная персона — не исключение. Я же не рассказываю деду, что Вольдемар в Горовске, что мы с ним не только периодически видимся, созваниваемся и общаемся в Интернете, но и даже сдали анализы на определение нашего генетического родства. Мне кажется, будет лучше, если дед сразу узнает о том, каков результат этой экспертизы, а не станет считать дни до того момента, когда это будет доподлинно известно.
Вот и Ариша, наверное, решил, что лучше приврать мне насчет своих проигрышей. Наверное, он знает, что делает.
После ужина мы с дедом перекинулись в картишки, потом он пошел в свою комнату, а я — в свою. Включив ноутбук, я зашла на форум и написала сэру Тимоти, который уже пасся там:
«Привет! Позвони мне завтра. Есть что обсудить».
