Прохожу мимо стоек с блузками, юбками и прочей красотой вглубь зала и прячусь за плотной бежевой шторой, за которой скрывается небольшая зеркальная комнатка с пуфиком.
— Семь минут, — доносится голос Мирона Львовича.
— Успеем, — беспечно заверяет девушка, а я хочу умереть.
Через минуту она одергивает полог и вешает на крючок белый брючный костюм, свободный топ из шелка цвета топленого молока и к ногам в тапочках со смешными помпонами ставит пару черных туфель с острым носом на высокой шпильке.
— Пять минут.
— Каков деспот, — заговорщически шепчет девушка. — Ужас.
— И это мой босс, — я сглатываю горькую от паники слюну.
Заливисто смеется и задергивает штору. В спешке разоблачаюсь из котят, натягиваю топ, брюки и накидываю пиджак. Ох, мать моя женщина, в мгновение ока обратилась из растрепанной сони в модную леди, у которой была жаркая ночка и она не успела причесаться. Пальцами расчесываю шевелюру, встряхиваю головой и завороженно смотрю на отражение.
— Две минуты.
Вздрагиваю от сердитого голоса Мирона Львовича и обуваюсь. Я и опять зависаю. Ничего не жмет, туфли сели как влитые и я почти не чувствую высокого подъема.
— Минута."
"Выплываю из примерочной и шагаю горделивой королевишной к Мирону Львовичу, который расплачивается у стойки в углу бутика. Бросает на меня беглый взгляд и одобрительно кивает довольной и покрасневшей блондинке, которая справилась со сложной задачей. Знать не хочу, сколько стоит все великолепие на мне, иначе я потеряю рассудок.
А потом я вспоминаю, что забыла в примерочной пижаму. Разворачиваюсь на носках, чтобы вернуться за ней, но Мирон Львович стискивает мои плечи и увлекает за собой:
— Время вышло, Софушка.
— Но… там…я… должна…
Мягко толкает к выходу, и блондинка воркует нам вслед:
— Хорошего дня.
— И вам, — оглядываюсь и слабо улыбаюсь, — спасибо.
Виталий хитро смотрит в зеркало заднего вида, когда забираюсь в салон, и я задаюсь вопросом, когда Мирон Львович успел сказать ему, что мы едем не в офис, а на шопинг? У них какая-то телепатическая связь?
Мирон Львович юркает ладонью под ворот моего пиджака и срывает этикетку.
Я отшатываюсь, и он хмыкает:
— Тише, Софушка.
От его бархатного голоса внутри все трепещет, но в этот раз я не куплюсь и не полезу к нему с поцелуями. Раздумываю над тем, стоит ли мне поблагодарить Мирона Львовича за внезапный шопинг за его счет.
