И чувствую, как напряжение отпускает, а потом охватывает с новой силой.
Насилу оторвавшись от желанной женщины, захожу в сортир. В ужасе смотрю на бледную перекошенную морду в зеркале.
Кто-то хочет моей смерти? Плевать! Но какое отношение к этому имеет моя жена?
А когда машина медленно выруливает на проспект и тащится вдоль тротуара с черепашьей скоростью, Света резко поворачивает голову.
– Кто-то знакомый? – спрашиваю лениво.
– Моя учительница идет. Нина Александровна. Она у меня русский и литературу преподавала…
“Хорошо хоть не “глубокую глотку”, – вздыхаю украдкой.
– Ты, небось, у нее в любимчиках ходила? – интересуюсь с ехидцей.
– Это мама моей Кати, – оживившись, объясняет Света. – Мы дружили с первого класса…
– Которая слила директрисе скан нашей переписки? – беру след, словно ищейка.
– Так ничего не доказано, Рус, – печально вздыхает Света и смотрит на меня изумленно. – Ты думаешь, что это Катя?
– Круг подозреваемых сужается, малыш, – замечаю снисходительно.
Выйдя из машины, подаю руку жене и кошусь на парней из охраны.
– Там скандал, Артурыч, – мимоходом бросает Гриша, сопровождающий олдов.
– Сейчас всех помирю, на фиг! – рычу, поднимаясь по мраморным ступенькам. И войдя в фойе, украшенное искусственным виноградом и плетеным забором, натыкаюсь на злые лица родственников.
– Где вы были? – рявкает отец. А Дамир даже смотреть не хочет в нашу сторону.
Пьяненький тесть глумливо усмехается, наверняка решив, что между кладбищем и кафе мы с его дочерью успели поваляться в койке.
Дурак ты, Дима! Совсем жизни не понимаешь.
– Колесо пробило, чуть в аварию не попали, – ляпаю первое, что приходит в голову. Встречаюсь взглядом с Игорьком, нашим водителем. Он кивает, соглашаясь подыграть.
– Да за малым, – вздыхает тяжко. – Хорошо, шиномонтаж нормальный попался рядом.
– И в офис пришлось заезжать, – вскользь замечаю я. – Кошелек дома забыл.
Вижу, как теплеет взгляд отца, а Дамир разворачивается всем корпусом. Бабушка, всхлипывая, обнимает нас со Светой.
– Берегите себя, дорогие мои, – кудахчет, вытирая слезы.
И лишь одна моя жена смотрит на меня изумленно. Молчит, но я кожей чувствую ее негодование. Хочу взять за руку, но Света мастерски увиливает.
Ладно, потом разберемся!
И только на пути в Мироновку понимаю, что за два часа поминок жена ни разу не обратилась ко мне. Не сказала ни единого слова."
"– Может, объяснишь, что происходит? – кошусь на строгий профиль, когда Игорек выруливает с трассы на дорогу к деревне.
