– Смотрю, ты лихо все обтяпал. Хотя ожидал увидеть невесту на сносях…
– Да пошел ты! – слегка пинаю под ребра старого дружбана и, войдя в полутемный холл с колоннами, натыкаюсь на строгую тетку.
– Годаровы?! Идите за мной.
– Сейчас, Агата, наш внучок подпишет акт безоговорочной капитуляции, – доносится сзади надтреснутый голос деда. – Эх, Колька не дожил!
Оглядываюсь по сторонам и с ужасом понимаю, что не пригласил никого из Светиных родственников. Лишь Надежда Сергеевна с ней. Идет неотступно сзади. Держит Светин пуховик.
Как солдат на посту.
– Игорь, – покосившись на бабу Надю, командую водителю. – Сдай вещи в гардероб.
И под торжественную музыку ввожу невесту в квадратный затрапезный зальчик. Каким ветром нас занесло в это убожество? Но уже поздно что-то менять…
– Вы согласны? – дважды задает вопрос регистратор. И мы со Светой по команде отвечаем «да!».
Надеваю кольцо на тонкую девичью руку. Напряженно смотрю, как похожий золотой ободок скользит по моему пальцу. И неожиданно понимаю: игра подходит к концу.
До кульминации остался лишь ужин в ресторане. И все. Дальше наступит армагедон. А я расслабился. Идиот!
29. Руслан думает
Руслан
– Жена-а, – шепчу хрипло. А сам на ходу придумываю следующий шаг. Впервые в жизни не знаю, что делать с женщиной. Особенно с той, которая принадлежит мне по закону.
Дожился, блин!
Нежно перебираю опавшие прядки, провожу пальцами по шее, по тонким ребрышкам. Словно по методу Брайля читаю книгу. А потом, спохватившись, что жена сидит на холодном камне, тащу ее в душ.
– Как ты? – в который раз спрашиваю смущенную девицу.
– Нормально все, – лепечет она, прячась у меня на груди. Отстраняюсь немного и, приподняв большим пальцем маленький подбородок, заглядываю в лицо. Жена смотрит на меня застенчиво. Чудесная милая девушка…
«Подожди, – останавливаюсь, до конца не додумав фразу. – А чье досье лежит у тебя в столе? Пушкина, что ли?»"
"– Пойдем в постель, – то ли прошу, то ли требую я. – Ужасно хочется продолжения…
– Хорошо, – плотоядно улыбается Света.
И мне кажется, в этот момент она не играет.
От этой улыбки реально сносит башку. Подхватываю мокрую девчонку на руки, прижимаю к стене. Зачем далеко ходить…
«Подожди, дай ей привыкнуть», – просит меня совесть.
«Да ладно! – возмущается внутренний циник. – Девица наверняка опытная. Скорее всего, операцию сделала. Как там она называется… – раздвигая Светины бедра, силюсь вспомнить медицинский термин. – Неважно!» – вторгаюсь в рот жены поцелуем.
