От одной только мысли, что этот гад прикасался к ней, меня охватывает горячая волна ярости. Аж в груди клокочет от внезапно охватившей злости.
Завожу двигатель и, сосредоточившись на дороге, врубаю погромче музыку. Пресекая тем самым любые разговоры и выяснения. Тяжелые басы бьют по голове нагнетая и без того напряженную обстановку. Только тронь и грянет атомный взрыв. Выруливаю на проспект и, проехав несколько кварталов, паркуюсь в знакомом дворе. По привычке поднимаю глаза к нашим окнам на третьем этаже элитной сталинки.
Кажется, сейчас мама выглянет и позовет.
– Руслан! Быстро домой!
Поворачиваюсь к притихшей Светлане.
– Приехали, моя прелесть, – выплевываю каждое слово.
Она тоже поднимает глаза к нашим окнам и спрашивает недоуменно.
– Зачем вы меня привезли к Кристине Игоревне?
– Затем, что моя мать пройдется с тобой по магазинам и поможет выбрать соответствующие шмотки.
– А что не так с моими? Нет брендов? – гневно вскидывается девчонка. – Это обязательно? Иначе не сойду за человека? А за вашу невесту тем более?
Отчасти Света права.
В моем мире к тряпкам предъявляются определенные требования. Многие нарочито ходят в совершенно простых шортах и майках, наплевав на условности. Но большая часть моего окружения помешана на брендах. И честно говоря, раньше я как-то и не задумывался, хорошо это или плохо. Прекрасный способ разглядеть человека своего уровня. И не обратить на нищеброда никакого внимания. Даже если он заговорит с тобой пройти мимо.
Но девчонка хмурится, а на глазах уже поблескивают слезы. Если разобраться, что я ей такого предложил? Обновить гардероб! Да любая бы с радостью согласилась.
– Мне ничего не надо, – бубнит противно. – Я и замуж не хочу. Зачем вам оборванка, Руслан Артурович? Я же вас опозорю. Оденусь не так, или ляпну что-нибудь…
– Перестань выделываться, Света, – вздыхаю тяжело. Стучу пальцами по рулю, подыскивая нужные слова. -Слушай внимательно, – невидящим взглядом смотрю на мальчишек, гоняющих по двору на великах.
– Мы уже приняли решение. Вчера. Не забыла? Теперь любой вираж в сторону вызовет сердечный приступ у кого-нибудь из олдов.
– Приговор вынесен и обжалованию не подлежит? – усмехается она горько.
– Вот именно, – жестко киваю я и, нависнув над девчонкой, шепчу вкрадчиво. – Хватит мне выкать и звать Артуровичем. Ты все-таки моя невеста.
– Хорошо, – кивает, понурив голову. И эта кислая морда меня сильно подбешивает.
