А Глеб вытаскивал, словно это его прямое предназначение — спасать мою задницу.
Но как только расплачиваюсь, успокаиваюсь. Никто, вроде как, не хочет причинять мне зла.
— Что мы тут делаем? — спрашиваю мальчика, на что он маячит мне.
«Больница».
Осматриваюсь. Не вижу здесь никаких приличных зданий, но когда он бежит вдоль каких-то руин, я следую за ним, и, наконец, мы оба выбегаем к одноэтажному простому обшарпанному корпусу с крестом.
Действительно больница…
Боже…
Просто иду туда. На дрожащих двоих иду, сжимая кулаки от страха и неведения.
Мальчишка вбегает на крыльцо, где на входе его встречает молодая девушка в медицинском халате.
Он очень быстро ей что-то показывает, объясняет, а она вдруг смотрит на меня растерянным и тревожным взглядом.
— Я ищу своего мужа, — вторю на словацком. Она тут же замирает и кивает. Потом что-то ещё бормочет мальчику, и он немного отходит назад.
А девушка упорно ведёт меня куда-то внутрь здания…
— За мной…
Длинный коридор, много людей, все перебинтованные, еле живые, на ногах-то не стоят.
Видимо, это какая-то местная больница для бедных или что-то такое…
Она очень эмоционально что-то говорит, но я не понимаю ни слова, потому что быстро и с акцентом, а вот когда дверь в одну из палат открывается, я вдруг понимаю, что передо мной лежит Глеб…
Глеб…Боже, это реально Глеб…
Бросаюсь к нему, хотя он подключен к системе жизнеобеспечения. Стараюсь не задевать провода, чувствую, что его кожа холоднее моей. Чёрт…Она всегда как пламя, а тут…
— Почему он не реагирует??? Он без сознания? До сих пор?! Что произошло?! — кричу как ненормальная, словно задыхаюсь, когда ощупываю его.
"
"Мой Ад не может быть таким холодным…
Мой Ад должен гореть со мной…
Девушка достаёт телефон и открывает там переводчик.
Пишет мне.
«Парня выловили рыбаки месяц назад. Он находится в коме. Без документов. Было сломано одно ребро. Пулевое ранение, которое чудом прилетело в титановый сплав у него на теле. Он замедлил энергию и силу пули, и в результате только часть раздробленного титана въелась в кожу, спасая основные ткани».
— О, боже… Месяц в коме? Он месяц в коме?!
«Да, но показатели в норме. Возможно, ему нужно лучшее обследование, а без документов и без денег у нас этого не добиться. Парня и так называют здесь счастливчиком. Потому что…Это просто чудо, что его сердце ещё бьётся».
Плачу. Не могу остановиться…Захлёбываясь слезами, понимаю, что я счастлива…Чёрт, я счастлива, что держу его за руку.
