Подружки план Стрелка просекли лучше, и объяснили, зачем приглашают мою персону. Потом помогли подготовиться к встрече. Мы даже репетировали все возможные ответы на вопросы.
Роль “временной девушки” и “пугала” для меня разные вещи.
— Значит, отомстить хотела, да? — напирал дальше, остановившись между этажами, — Довольна теперь?
— От счастья прыгать не хочется.
Чистая правда.
— Тогда попрыгай от успеха добиться меня через родителей. Зря только надеешься, не поможет.
Куполом об манеж…
Кто надеется? Я?
— С мымрой заумной перепутал? Да ты… ты мне и даром не нужен.
Видеть больше тебя не хочу! Хуже не встречала.
Выкрикнула нахалу в лицо.
Пусть знает гад белобрысый.
— Думаешь, я хочу? — заискрил от гнева, обхватывая крепко мою талию, — От тебя же одни неприятности, Мишень. Все нервы вымотала своими фокусами, своими глупостями, своими…
Эй-эй, зачем поднимать меня? На каждом обвинении все выше и выше подтягивал, и к стене спиной придавил.
— Договаривай, наезжай дальше, — разрешила ему, вдруг полегчает и отпустит.
Навалился, того и гляди, съест волчище в козлиной шкуре.
— Не сомневайся, скажу и за все получишь, — голос стрелка поменялся на хриплый.
И резко впился в мои губы. С напором. Жестко. Стремительно.
По-мо-ги-те!!!
Разве так говорят?
Разве получают?
Попыталась высвободиться, но никак. Пройденный опыт Стрелок опередил, слегка прикусив мне нижнюю губу. Укусами его не возьмешь. И меня не, не, не… возьмешь, мысль оборвалась от перемены прикосновений.
Нежные и легкие, опьяняли нашим дыханием, разгоняли бурлящий поток внутри и требовали пустить внутрь, позволить стать ближе. Пару мгновений назад ненавидела его и знать не хотела. Сейчас проигрываю бой, теряю силы, замирая, чтобы со стоном отвечать на поцелуй. Узнать свои запретные желания. И сходить потом с ума.
Почему, ну почему… Вопреки всему меня Стрелок волнует?
А пока я забываю, где мы и зачем, обхватывая мужскую шею. Неумолимо теряю себя от близости за гранью понимания.
Дрожу в его руках, и задыхаюсь от взаимного желания.
— Ну что ты со мной делаешь, малышка? — ласково прошептал Алекс на ушко, покрывая поцелуями лицо.
Резкость наводилась не сразу. Впервые самый настоящий поцелуй, как-никак.
— Снова я виновата?
Понимаю, нужно слезть с него. Все тот же подъезд, слышны хлопки дверей, гудение лифта. Кажется, кто-то прошел мимо нас из жильцов, но мы впали в другую реальность.
Губы пекут. Сердце колотится.
