Вернее будет сказать, что многие из них просто сменили друг друга. Что ж, не у всех бизнес идет одинаково хорошо.
Если бы в прессе освещали ликвидацию Рая, детективному агентству Орешина была бы сделана хорошая реклама. Но информация в газетах была сухой и самой общей, то есть совершенно не по делу. Просто пара репортажей с разбора развалин, и то задним числом. Самой пирамиды Рая люди так и не увидели, и так и не узнали, что же такое происходило на протяжении более, чем шести лет в карельском городке Сылве.
Не были упомянуты почти никакие фамилии, во всяком случае не те, которые были достойны упоминания. Впрочем, я понимала, что так было нужно.
Конечно, можно было надеяться, что агентство Орешина вполне могло выжить и без посторонней помощи. Я давно могла это проверить, позвонив в контору. Но все-таки мне более симпатична была идея увидеть все своими глазами. Я не представляла, как я буду принята, и хватит ли у меня выдержки для того, чтобы не показаться друзьям подозрительной.
Но все, что я сделала за последние месяцы, я сделала ради этого дня — ради того, чтобы быть вместе с ними."
"Лифт быстро поднял меня наверх. По пути я еще раз оглядела себя в зеркальной стене лифта. Седые волосы в ярком освещении казались неестественно белыми. Распустив их по плечам и начесав чуть вперед, я немного скрыла свои страшные шрамы на лице, хотя они все равно бросались в глаза с первого взгляда. Впрочем, я могла чересчур придирчиво и субъективно относиться к собственной внешности.
Широкие мягкие брюки и свободная куртка с капюшоном были пущены в ход для того, чтобы окончательно развязаться с имиджем Кати Орешиной. Она бы ни за что не надела на себя такое.
Едва выйдя из лифта, я надела черные очки, настолько затемненные, что собеседник не мог разглядеть за ними мои глаза. Я долго выбирала эти очки в магазине.
Вывеска агентства была на привычном месте. Приблизившись к дверям, я услышала дружный, многоголосый и громкий хохот. Я невольно остановилась.
Смех немного поунялся, но через несколько секунд грохнул снова. Мне даже показалось, что безудержное веселье продолжается уже некоторое время, потому что смех был почти истерическим.
Я вошла и поняла, что была права. Не знаю, что могло их так рассмешить, но несколько человек в приемной смеялись вовсю. Даже появление постороннего не смогло заставить их оборвать веселье. Алексей, в изнеможении откинувшись на спинку стула, уже мог только слабо всхлипывать.
