Я в какой-то момент поняла, что в моих силах заставить ее остановиться. А я хотела, чтобы она остановилась и выслушала его.
Даррина споткнулась и встала, не дойдя до своего невиданного автомобиля нескольких шагов. Когда она обернулась, в ее глазах кроме уже знакомого гнева появилось выражение детской обиды.
— Что? Что это такое? Кто там у тебя?!
Извеков сам, казалось, был ошарашен. Несколько секунд он сидел молча и неподвижно, а потом закрыл лицо руками. Даррина, тоже немного постояв в замешательстве, повернулась снова к машине.
— Катя, что ты здесь делаешь? — услышала я голос Валерия. Он, совершенно проснувшийся, таращил на меня глаза.
Я же продолжала следить за Дарриной. Она садилась в автомобиль. Валерий уже очнулся от забытья, но мой контакт с Дарриной продолжался, это было очевидно. Но все же я решилась на небольшую проверку своей догадки:
— Даррина!
Ее лицо приобрело совсем детское выражение полной беспомощности. Она не понимала, что происходит.
— Кто? Кто это, я не вижу! — пробормотала она, внимательно вглядываясь в мою сторону.
Когда я почувствовала, что она меня вот-вот разглядит, я одним коротким приказом «занавесила» себя.
— А я вижу тебя, — отозвалась я, наслаждаясь ее беспомощным испугом. — Мы еще встретимся с тобой, и тогда я задам тебе вопросы. А сейчас у меня нет времени.
Я закрыла контакт и повернулась к Валерию. Он смотрел на меня с недоумением и неприязнью.
— Что ты здесь делаешь? — повторил он. — И с кем ты сейчас разговаривала?
— С Дарриной.
— Это еще кто? — нахмурился он.
— Не знаешь? У тебя был с ней контакт. Только что. Не помнишь?
Извеков продолжал хмуриться. Нет, Валерий не был артистом. Все эмоции были у него на лице. Он искренне не помнил Даррины.
— Так кто же из нас двоих действительно зомби, а, Валерий? — спросила я, не надеясь на связный ответ.
Извеков выбрался из растрепанной, развороченной постели, стал натягивать свой комбинезон. Он был растерян и подавлен. Он прекрасно понял, на что я намекаю. Он понял, что я вклинилась в его контакт, и теперь его волновало только то, что он, Валерий, ничего не может вспомнить.
Он, человек, обладающий неразделенным цельным сознанием творца, оказался загипнотизированным чьей-то нездешней волей. А какая-то девчонка, которой он отводил роль восхищенной ассистентки гения, уличила его в этом.
— Твое самолюбие, Валерий, тут совсем ни при чем. Я думаю, что тебе нужно хорошенько подумать над своим положением…
— Какого черта ты читаешь мои мысли?! — возмутился он.
