Даже если бы он сидел тихо и не высовывался. Но ждать от Лукьянова этого не приходится, он слишком бойкий парень. Так что… – Тимур развел руками.
– Вряд ли чей-то интерес к нему должен нас волновать, – не очень уверенно заметила я. Тимур усмехнулся. – В чем дело? – нахмурилась я, отбрасывая салфетку.
– Лукьянов меня интересует мало, – помедлив, ответил он. – Меня интересуешь ты.
– Поясни.
– Ты хочешь, чтобы я облек в слова свои ночные кошмары? Ты о них и так знаешь.
– Нет, не знаю, – начала я злиться.
– Хорошо. Я скажу: меня очень волнует, как ты поступишь, если вдруг решишь, что жизни этого… что его жизни что-то угрожает.
– Я твоя жена, Тимур. И мое дело быть рядом с тобой.
Он криво усмехнулся.
– Твои слова продиктованы вот этим. – Он постучал пальцем по своему лбу. – А что вот здесь? – И он ткнул рукой в грудь.
– У тебя есть повод сомневаться в моей любви? – Теперь я не пыталась скрыть раздражения. Он смотрел на меня спокойно, внимательно, и под этим взглядом становилось не по себе.
– Он хотел, чтобы ты уехала с ним, – не торопясь продолжал Тимур.
– Ты отказалась. Но тогда его жизни вроде бы ничто не угрожало.
– Да мне плевать на него, – не выдержала я. – У меня тоже имеется свой ночной кошмар. Хочешь, скажу какой? То, что сейчас у меня есть, разлетается вдребезги не оттого, что он появится, нет. От твоих сомнений. Попытайся поверить: я люблю тебя. И мне плевать на Лукьянова.
– Спасибо, – просто сказал он, и моя злость мгновенно улетучилась. Я положила руку на его ладонь, и он накрыл ее сверху своей.
И улыбнулся. Мало кто мог похвастаться, что видел такую улыбку у Тимура. Если честно, мне кажется, что только я, то есть мне очень хочется в это верить. – Ты ничего не ешь, – засмеялся он.
– Кто бы говорил.
– Ешь, не то меня совесть замучает. – Он помолчал и продолжил: – На этого типа из Москвы, точнее, на некоторую суету, мы тоже обратили внимание.
Под словом «мы» Тимур подразумевал себя и своих соратников, а меня это слово вдруг покоробило. Выходит, что есть «мы» и есть я.
Это та часть жизни Тимура, куда мне нет доступа и о которой я предпочитаю ничего не знать.
– Я что-то сказал не так? – приглядываясь ко мне, спросил он, а я досадливо покачала головой.
– Иногда я думаю, что ты способен читать мои мысли. Я-то надеялась, «мы» – это ты и я.
– Так и есть. Ты и я. И я рад, что ты мне все рассказала.
– Жаль, что ты не догадался сделать то же самое, – против воли в моем голосе вновь звучало раздражение."
"– Учту на будущее, – сказал он.
