Но… на кой черт огород городить, раз дело-то выеденного яйца не стоит, точнее, вовсе нет никакого дела.
– И я того же мнения, – пожала я плечами. – В последнее время он на меня здорово сердит, однако наши неприятности возникли несколько раньше. Вот я и стала вспоминать: когда?
– Что – когда? – буркнул Вешняков.
– В какой момент на нас посыпались неприятности, – терпеливо пояснила я.
– Ну, и чего вспомнила? – спросил Артем, а Лялин усмехнулся.
– Разные люди висели у меня на хвосте, но вели себя смирно. А вот после убийства Арапченко… – вздохнула я.
– Чего в нем особенного, в убийстве, я хочу сказать? – усмехнулся Вешняков, но уже начал прикидывать.
– Выяснением этого и следует заняться, – пожала я плечами. – Кто теперь ведет дело?
– Новиков. Ты его знаешь. Я два часа назад с ним говорил, ничего нового. Получили ответ на запрос, но и там особо поживиться нечем. Свидетелей по-прежнему никаких. В общем, пока дело дохлое.
– Покопаемся, – постановила я.
– Надо решать, что с адвокатом делать, – напомнил Лялин.
– Можно на него надавить, никуда он не денется, признает все, как миленький. И подпишет.
– Ага, – хмыкнул Артем. – А эти придурки возьмут и грохнут его от избытка энтузиазма. Леня Тагаеву клялся, что в этом деле чист, и вдруг выясняется, что он там по самые уши.
– Лене убивать Дергачева смысла нет, – возразил Олег. – Адвокат о нем ничего не знает, это мы своим умом дошли, что Леня в деле, раз Туманов у него с руки ест. Но все это надо еще доказать.
– Вот именно, – поддакнул Вешняков.
– Допустим, Дергачев признание напишет. Дальше-то что? Грузнев ментов пошлет подальше, скажет, что тот сдуру его оговорил. И Дергачев крайним окажется.
– Ты его еще пожалей, – хмыкнул Лялин.
– Жалеть я его не собираюсь, но если Грузнев решит подстраховаться, будет лишний труп. Оно мне надо?
– Тогда что делать?
– Не знаю, – махнул рукой Артем. – Поживем – увидим.
– Думаю, стоит поговорить с Дедом, – заметила я.
– А это зачем?
– Намекну, что гости ведут себя шумно.
– Они здесь с его благословения.
– Не спорю. Но если правильно повести разговор, кое-что может выгореть.
Артем хмыкнул, демонстрируя свои сомнения, а Лялин подумал немного и кивнул:
– Может.
Артем взглянул на него с удивлением, но промолчал. Он, как и я, привык полагаться на мнение старшего товарища.
– Как твои дела? – неожиданно задал мне вопрос Лялин.
– Да нет никаких дел.
– Албанец больше не появлялся?"
"Я прикинула, стоит ли говорить правду.
