Выкладывай начистоту. Молчанов тебя и вправду в окно выкинет, потому что уверен: это ты его подставил. Хотелось бы знать, почему он так решил?
– Им был неверно истолкован разговор, который он подслушал, – с душевной мукой пролепетал Виктор Юрьевич.
– Какой разговор?
– Мне позвонил клиент, Молчанов в тот момент находился рядом. В разговоре не было ничего особенного, но Молчанов вдруг решил…
– Ясно, – сказала я, поднимаясь.
– Куда вы? – удивился Дергачев.
– Восвояси. Тратить на тебя время жаль. Пусть с тобой Молчанов разбирается, он из тебя всю дурь выбьет вместе с внутренностями.
Конечно, их к делу не пришьешь, но моральное удовлетворение он получит.
– Сволочи, – вдруг заявил Дергачев. – Какие сволочи… – Закрыл лицо руками и заплакал.
– Ух, ты, господи, – пробормотала я и вернулась на стул, вид рыдающего мужика вызвал в душе смятение.
– Вторая попытка, Витя. Третьей не будет, – предупредила я. – Хоть залейся слезами.
– Мне конец, – кивнул он со смирением.
– Может, и нет. Ты мне поможешь, а я помогу тебе.
Он достал бумажные салфетки, вытер лицо и взглянул на меня с надеждой.
– Что за разговор по телефону, с кем?
– Его фамилия Грузнев.
Я присвистнула. То, что опять всплыла фамилия этого типа, показалось мне занятным.
– Он твой знакомый?
– Когда нас знакомили, я думал, что вижу его в первый и последний раз. Скотина такая…
– Знакомил кто?
– Корзухин.
Можно было свистнуть во второй раз или вообще свистеть не переставая.
– Вы с Корзухиным приятели?
– У его жены были проблемы, она не могла избавиться от одной училки, баба такая упертая, вот он и обратился ко мне, чтобы я помог.
До этого мы не то чтобы приятельствовали, скорее были знакомы. Жена у него погибла, впрочем, об этом весь город болтает. Клиентки я лишился, он меня пригласил поужинать, чтоб все вопросы закрыть, и в кафе, где ужинали, этот к нам и подсел. Перекинулись двумя словами. И вдруг он звонит, передает привет от Корзухина и уверяет, что очень нуждается в моей профессиональной помощи. Клиентура у меня обширная, но Корзухину мне отказывать не хотелось, мужик он хороший, и слух идет, что высоко метит.
– Чего Грузнев от тебя хотел?
Витя вздохнул и посмотрел с маетой.
– Ольга Сергеевна, вы ж понимаете, если я… дело даже не в карьере, с их легкой руки чего доброго еще и в тюрьме окажешься.
– Ну, до тюрьмы еще дожить надо, – порадовала его я.
– Понятно. Вас чужие проблемы не интересуют.
– На конверте нашли пальчики, случайно, не твои?
– Нет. Хоть сейчас отпечатки берите.
