Возле одного из домов мы увидели женщину, она приблизилась к калитке и окликнула нас.
– Приехали? – спросила, обращаясь к Ритке. – А я смотрю, свет горит, вот и решила проверить.
Это оказалась местная пенсионерка, Людмила Васильевна, она присматривала за Риткиным домом.
– Добрый вечер, – ответили мы, направляясь к ней.
– Собака-то не убежит? – проявила она заботу, с сомнением глядя на Сашку. Тот с недовольством на нее уставился, тряхнул головой, точно намеревался сказать «что за странные мысли», а потом потрусил к дому напротив, деревянному, давно не крашенному, в одном из окон которого горел свет.
– Калягины дом продали, – кивнула в том направлении Людмила Васильевна. – Или сдали. Видать, все-таки продали. Бабка у них прошлой зимой померла, а они в Пскове живут, почто им здесь дом? Теперь вот мужчина живет с малым ребенком. Соседка говорит, жена у него родами померла. Он у соседки молоко покупает, она корову держит. Вот ведь беда какая, остался один с ребеночком. Вера, соседка, вся испереживалась.
Чем помочь, не знает. Мужчина-то нелюдимый, все больше молчит, ни с кем не знается, оно и понятно: горе такое.
– Давно он здесь поселился? – спросила Ритка, желая поддержать разговор.
– Да уж недели две, как приехал.
– Откуда приехал?
– Видно, из города. Не больно он разговорчив, вот и не знаем ничего толком. Он из дома почти не выходит, если только в магазин да за молоком к соседке… Вы до воскресения останетесь? – сменила она тему.
– Нет, завтра к вечеру уедем.
– Если что понадобится, я дома.
Мы простились, женщина вернулась к себе, а мы продолжили прогулку.
– Странная идея поселиться в деревне, – вдруг заметила Ритка, оглядываясь на дом, который мы не так давно миновали. – Я мужика этого имею в виду."
"– Почему же странная? – пожала я плечами. – Ребенку нужен свежий воздух, опять же молоко.
– В городе как-то проще, мне кажется. Хотя поселок большой, поликлиника здесь есть. Правда, с работой туго.
– Если ребенок маленький, вряд ли отец работает.
– Все-таки странно, – повторила Ритка. Я пожала плечами. Обогнув поселок по кругу, мы вернулись к Риткиному дому. – Холодновато, – поежилась подруга. – Пойдем телик смотреть, что ли?
– Ты как, пес? – обратилась я к Сашке, он направился к калитке, давая понять, что телевизор посмотреть совсем не против.
Мы поужинали и часа два провели в гостиной возле камина, неспешно разговаривая. Сашка задремал, лежа у моих ног, и я решила, что мне тоже пора на покой.
