– На смену моей девичьей памяти пока еще не притопал старческий склероз, – ответила я Попову. – Помню про Аэлиту, но зачем она нам сейчас? Теперь-то я понимаю: Савелий и Анастасия поехали в Товарово по указке Никиты. Жена согласилась на предложение Меркулова о серии заданий и погибла. Сразу после смерти Насти Меркулов уехал жить в другой поселок, а теперь обитает за границей. В России не появляется. Конец истории.
– Но остались вопросы, – напомнил Андрей.
Я вытерла лицо полотенцем.
– Согласна. Вот только после последнего общения с Ириной Рябовой, которая втянула нас в эту историю, желание получить ответы у меня испарилось.
– А у Степана нет, – сказал Попов, – поэтому я искал Аэлиту Кробченкину. Но не нашел таковую. Женщины с таким именем есть. А фамилия редкая. В Москве прописана лишь одна Кробченкина, но ее имя Иаиль, она мастер по маникюру. Сведений об отце нет, покойная мать работала уборщицей в храме. Я предположил, что мамаша была верующей, назвала дочь по святцам. Заглянул в перечень православных имен.
И точно! Есть там Иаиль. Женщина из племени кенеев, дружных с израильтянами. Она жестоко убила Сисару, военачальника ханаанского войска. По этой причине и закончилась война между израильтянами и ханаанами.
Я вернулась в спальню.
– Я не сильна в древней истории, но вроде убийство, о котором ты говоришь, произошло не одно тысячелетие тому назад. Сия дама воткнула в висок Сисару кол.
– Ты читала Библию? – изумился Попов.
– Нет, – призналась я, – когда мы со Степаном ездили последний раз отдыхать, я видела в музее картину Якопо Амигони «Иаиль и Сисара».
Нам попался отличный экскурсовод, все объяснил. А Библию надо наконец прочитать, без ее изучения невозможно понять мировое искусство.
Попов продолжил:
– Я позвонил женщине, сказал: «Здравствуйте, Иаиль!» Она ответила: «По паспорту это мое имя, но прошу вас, лучше зовите меня Аэлитой». Вот так! Нашел я кого надо. Договорился, что ты встретишься с ней в кафе «Розовый Буратино».
"
"– Надо же так обозвать ресторанчик, – захихикала я.
– Мальвина, девочка с голубыми волосами, никого не смущает. Чем деревянный мальчик розового цвета хуже? – спросил Попов. – Возьми наличные. Аэлита готова побеседовать только за гонорар.
Кафе оказалось неуютным, напоминало советскую столовую. Квадратные столы без скатертей или клеенок, в центре лоток с солью-перцем. Сидеть пришлось на жестких пластмассовых стульях, а еду брали сами посетители.
