— Чтобы гарантированно себя обезопасить, сигнал в вашу внутреннюю безопасность я просто вынужден подать. Разумеется, с регистрацией в канцелярии, в письменном виде, копии — в прокуратуру и в Безопасность. Да, в последнем месте посмеются, но по статье процессуального кодекса не принять не имеют права.
— Говори дальше. — Если бы взгляды могли сжигать.
— Прокуратура — гарантия, что ваше ведомство не похоронит тему, защищая честь мундира. Любой нормальный человек, жалуясь в полицию на полицию, дублирует и в надзорный орган.
— Безопасность какую функцию выполняет в твоей интересной схеме?
— А они наверняка ваши конкуренты — общая кормовая база. Одни и те же люди являются фигурантами и в вашем ведомстве, и у них, соответственно, вы друг друга очень не любите. Особенно они вас, — ситуация списана из другой реальности, но по глазам вижу, что и здесь всё развивается стандартно.
— Я бы предложил, для твоего же блага, просто забудь этот разговор. Его не было.
— Явлюсь с адвокатом, — обещаю. — Чтоб наверняка.
Имя твоё запомнил, номер удостоверения — тоже.
Гость собирается уходить, не прощаясь.
— СТОЯТЬ! — этого он не ждёт, потому застывает у двери. — Я НЕ ЗАКОНЧИЛ.
—? — подполковник разворачивается с бесстрастным лицом.
— Был я на той яхте и насмотрелся. Не скажу, что хлебнул — внешне всё благопристойно — но тебя там не было, а я был. И мне там очень не понравилось. Впечатления так себе, я не в восторге.
Визитёр делает медленный шаг обратно.
— Я абсолютно искренне попросил работодателя туда меня больше не посылать — да, там большие честные деньги, я не обманываю и не краду, плачу нашему государству налоги — но ощущение, как в говне искупался.
Впечатление послевкусия, так сказать.
— Ух ты. — Офицер усаживается обратно на стул. — Да ну.
— Мне физиологически противно от тамошних сальных взглядов, трясущихся потных рук. Если бы ты пришёл говорить по-хорошему, без вступительных угроз и плюс-минус на равных, общение могло бы сложиться куда более продуктивно.
Знаешь, в чём твоя проблема?
— Перегибаешь. Ты не на том уровне, чтоб делать подобные заявления.
Спохватился.
— Моя оценка: что они плохие люди, что ты. Будучи слугой закона, ты умудрился построить разговор так, что я не увидел между вами разницы. Я всё сказал, теперь можешь идти.
— И к чему это было? Пацан, ты меня воспитывать решил?
— Взрослый мужик, до седин дожил, ума не нажил, — констатирую. — Ну давай подведём итог твоего яркого сольного выступления.
