И вот потом тебе придётся работать в стране пребывания — одной, без па-апочки, — в последнем слове прозвучала откровенная издёвка. — С твоими нынешними коммуникативными навыками тебя пинком под… филейную часть тела выкинут за десять секунд обратно — и это ещё не худший вариант!
— Почему? — женщина подыграла напарнику, изображая демонстративный интерес, которого явно не испытывала.
— Потому что кроме конкретной персоны, да которой бы и дела никому не было, пострадает отправившая её страна. — Жёстко припечатал преподаватель, переводя взгляд на неудачницу.
— Этот парень из деревни мало того, что умнее, он ещё и общаться научился правильно. Не стоит быть тупой напыщенной обезьяной, которая едет на красный свет и при этом кричит «помогите».
В этот момент девице, судя по лицу, захотелось вмазать по морде наглого сотрудника приёмной комиссии, но в таком случае камеры сыграли бы против неё. За подобное дорога в университет Цинхуа будет заказана, а если видео уйдёт в сеть (и вызовет общественный резонанс), то такую «студентку» вообще ни одно заведение не примет.
Девушка решила впервые за двадцать минут поступить разумно — просто уйти. Отец всё равно во всём разберётся, приёмная комиссия лично принесёт ей извинения, если им дорога работа."
"— Сука! — громко выкрикнула девица на крыльце университета, сжимая кулаки. Вопреки ожиданиям, злоба никуда не делась, а требовала возмездия — за отнятый шанс учиться на бюджете, за то, что авторитета в глазах отца не прибавится, за будущие непредвиденные расходы.
Конечно, денег у семьи достаточно и на контракт, но это уже дело принципа. Чёртов деревенщина, он не может вот так отнять её место.
Девушка вернулась к машине, где её ждал водитель. Прежде чем сесть внутрь, Ван Япин достала из сумочки пачку сигарет — она была уверена, что это хоть немного успокоит взвинченные нервы.
Так и вышло, с каждой затяжкой злоба и желание кому-то врезать постепенно ослабевали. Но стоило на противоположной стороне дороги показаться тому самому пареню, забравшему её бюджетное место, как негатив вернулся с новой силой.
Она швырнула окурок на землю и яростно растоптала, представляя, как топчется этим вот каблуком по роже деревенского сопляка. Риск быть оштрафованной её совершенно не волновал.
Мажорка аккуратно осмотрелась и обнаружила, что в данной зоне совсем нет камер — нетипично для Пекина. Это она восприняла как зелёный свет.
