У Джека было постоянное время в прямом эфире, женщины считали его неотразимым и по-прежнему вешались на него. Его брак закончился разводом за пять лет до того, как он распрощался со спортом. Он постоянно изменял жене, однако при разводе Дебби держалась достойно, и в результате они расстались друзьями, за что он был ей благодарен. Что греха таить, он был плохим мужем и прекрасно это понимал. Искушения постоянно вставали у него на пути в ту пору, когда он был суперзвездой НФЛ. Стоит ли удивляться, что их брак этого не выдержал и дал трещину.
Через год после развода Дебби вышла замуж за спортивного врача футбольной команды и была счастлива. От второго мужа у нее родилось еще три ребенка, все мальчики. У них с Джеком был общий сын, Грег, которому исполнился двадцать один год. Грег учился в Бостонском университете, был абсолютно равнодушен к футболу, хотя и восхищался отцом за те успехи, которых тот добился. Его собственным увлечением был баскетбол. Он был высок, как и отец, но в университете учился гораздо лучше, чем Джек, и хотел продолжить юридическое образование.
Профессиональный спорт его совершенно не интересовал. Он даже не смотрел футбольные матчи по телевизору."
"Добравшись до здания, в котором располагалась телестудия, Джек с трудом проковылял через фойе, кое-как дополз до лифта, вошел в кабинку и, нажав кнопку нужного этажа, скрючился пополам от боли. Он не мог выпрямиться и поэтому не рассмотрел лица женщины, вошедшей в кабину следом за ним. Ему были видны лишь черные туфли на высоком каблуке, стройные ноги и красное пальто.
Увы, в эту минуту даже красивые ноги женщины оставили его равнодушным. Неужели лучшие, золотые годы ему светит провести в монастыре?!
Женщина в красном пальто и черных шпильках нажала кнопку своего этажа и встала рядом.
— С вами все в порядке? — вежливо спросила она.
— Не вполне, но я буду жить, — заверил ее Джек и, сделав попытку поднять голову, поморщился от боли. Незнакомка показалась ему смутно знакомой, но он никак не мог вспомнить, кто же она такая, но затем до него дошло.
Перед ним стояла сама Валери Уайатт, непревзойденная гуру по части интерьеров и красивой жизни. Он же скрючился рядом с ней, как Квазимодо, в спортивном костюме, шлепанцах, непричесанный и небритый. Впрочем, ему было так больно, что в данный момент ему было наплевать на то, как он выглядит. Ему всегда казалось, что на телеэкране эта особа смотрится уж больно совершенной, этакий манекен.
