Сейчас в свете солнечных лучей я видел их: загорелых, но исхудавших, изможденных и загнанных. В глазах не было блеска, как у Рамона, который точно бы мне сказал, что они готовы идти и в огонь, и в воду, чтоб украсть медные трубы. Нет. Кучка усталых людей, хоронившая близких чаще, чем производившая потомство.
Моторы умолкали один за другим, люди стаскивали вещи с мотокарет, сбрасывали поклажу с плеч и стягивались в одно плотное скопище, словно не знали, что делать дальше.
Я услышал шаги позади себя. Это рогатая вышла на крыльцо и сейчас безразлично смотрела на народ.
Мотивов ее мне было не понять.
— Это она! — выкрикнул кто-то из толпы. — Та девчонка, которая была у железной дороги!
Аида хмыкнула, но ничего не сказала.
— Точно она, — подтвердил другой.
— Где Рамон? — спрашивал женский голос.
— Мам, я писать хочу!
Святые угодники, у них действительно были дети.
— Я не буду жить под одной крышей с этой рогатой! — завопил еще один женский голос и его тут же поддержали десятки других.
Я набрал воздуха в легкие и громко сказал:
— Тишина!
Удивительно, но это помогло.
— Она не живет здесь. Это первое, — спокойнее продолжил я.
— Меня зовут Андрей Александрович Митасов. Наследник рода Митасовых, которые являлись Сшивателями и много лет боролись с нечистой силой. Этот дом, — я повернулся и указал на него руками, — является безмолвным примером случившейся трагедии. Я последний в роду. И единственный, кто смог восстановить силы.
«Да где же этот треклятый Рамон шатается? Почему я должен сам объяснять нынешнее положение дел?»
— Однако это не значит, что я могу собственными силами восстановить имение полностью.
Мне нужны люди. Преданные. Верные. У которых есть желание и цель, к которой они готовы идти. А я знаю, что у вас такая цель есть. Я даю вам кров. Здесь каждому из вас найдется крыша и работа. Я даю вам безопасность и ее же гарантирую. Каждый, кто останется здесь со мной — войдет под мое покровительство и станет приближенным к роду Митасовых. А это, поверьте мне, не пустой звук.
Сейчас вам может казаться, что я несу бред, так как мой дом — это руины былого величия. Но запомните простую вещь: долгий путь в тысячи километров начинается с первого шага.
А вот и явился Рамон. На его голове была паутина, плечи покрыты пылью, а сам он шел и что-то явно записывал карандашом в небольшой тетради. Где он откопал одно и второе — без понятия и сейчас не особо важно."
"— Рамон остается вашим главным, как и являлся раньше.