Он нетерпеливо шевельнул рукой:
— Ну, чего умолк? Продолжай, я слушаю… Какие источники и так далее…
— Источников Джонсона я не знаю, — заговорил Берия. — Однако, видимо, они заслуживают доверия. Он вхож во все высшие круги Великобритании, вплоть до королевской семьи… Так или иначе, группа из семи английских офицеров будет сброшена с самолета в тыл германских войск на территории Белоруссии в ночь на 26 июня. Цель — дестабилизация обстановки в тылу отступающих немцев и захват Минска.
— Что? — Сталин слегка нахмурился, ему показалось, что он ослышался.
— Да, захват Минска, — повторил Берия. — С какой целью — неясно. В сообщении Джонсона об этом ничего нет. Группу возглавляет лейтенант Джеймс Кэббот.
— Что за Кэббот такой? — Сталин явно слышал эту фамилию впервые.
Берия заглянул в кожаную папку, которую держал под мышкой.
— Джеймс Патрик Кэббот родился 4 июня 1920 года в Ливерпуле, в семье офицера. В августе 1940-го добровольно вступил в ряды коммандос. С 1941-го — сэконд-лейтенант, с 1942-го — лейтенант.
Выдающийся боец, отзывы начальства и сослуживцев блестящие. Награды: медаль Британской империи и орден Британской империи 5-го класса. Участие в операциях: высадка на Лофотенский архипелаг, атака на норвежский порт Ваагэё 27 декабря 1941 года, захват Дьеппа 19 августа 1942-го, высадка в Салерно в прошлом году…
Сталин кивнул в знак того, что сведений о Кэбботе ему достаточно, неспешно набил трубку табаком папиросы «Герцеговина Флор», сделал несколько затяжек. Часы в его кабинете пробили половину первого ночи.
— У нас есть несколько вариантов, — после большой паузы проговорил Сталин. — Первый: Джонсон раскрыт своими, перевербован и согласился поставлять нам ложную информацию…
— Нет, — покачал головой Берия. — Он еще ни разу не забрасывал нам дезу."
"Кроме того, сотрудники нашего посольства в Лондоне постоянно держат его под контролем. В его положении ничего не изменилось, он ведет прежний образ жизни. Ни малейших намеков на то, что его раскрыли или перевербовали.
— Второй вариант, — продолжал Сталин, — это личная инициатива Джонсона, который по каким-то причинам решил подкинуть нам «утку».
— Нет мотивации, — снова не согласился Берия. — Джонсон известен нам как большой друг нашей страны. В 1935 году он побывал в СССР, неоднократно выступал в печати со статьями о нас… Опять-таки, ровно ничего не свидетельствует о том, что в его взглядах что-либо изменилось. Он по-прежнему наш искренний друг.
