— А деньги лучше экономить.
С этим противоречивым заявлением мы подъехали к небольшому зданию с шикарной отделкой, внутри которого крутился только один сверхуслужливый консультант, да ходил мрачный охранник. Водитель подогнал авто к самому входу и помог мне вывести суккуба. Привычное зрелище, как крайнее изумление на лице продавщицы сменяется обожанием, уже давно не вызывало никакого трепета. Про охранника я вообще молчу. Он без просьбы перехватил демона, обнимая его, на мой взгляд, более пылко, чем положено.
— Подбери нам одежду, — хрипло велел девушке Гелиан.
Кажется, он держался из последних сил."
"Девушка простонала что-то из серии ""слушаю и повинуюсь, мой господин"" и ринулась выполнять распоряжение, пока местный страж с любовью заботливой матери укладывал суккуба на дорогой кожаный диван. После этого он, не дожидаясь дополнительных указаний, сам закрыл магазин на ключ, чтобы избежать неожиданных посетителей. Гелиан одобрительно кивнул, мужик просиял.
Пока все хлопотали возле суккуба, всячески угождая его пожеланиям, я плюнула на суету и спокойненько прошлась по рядам, высматривая что-нибудь подходящее для себя.
Ассортимент был не очень широким. В таких магазинах вообще обычно немного вещей, так как они не рассчитаны на большой поток. Джинсы, тем не менее, имелись, а вот с футболками вышел напряг. Пришлось выбирать альтернативу. В итоге остановилась на неприметной темно-синей блузе. В отличие от других вариантов, она не бросалась в глаза, хоть ткань и переливалась при электрическом свете.
Также взяла добротный мужской ремень — люблю такие штуки. Вот только с обувью вышла незадача. Обувной отдел был, там стояли шесть пар великолепных качественных туфель, из которых три даже были женскими… на каблуках. Блин. Пришлось выбрать те, что ненамного, но, все-таки, пониже других. Немаловажная деталь, особенно для человека, чья жизнь проходит в бегах.
Когда Гелиан меня увидел, он на секунду замер. Мой новый образ явно не оставил его равнодушным. Выражение лица снова стало… собранным и хищным.
Однако это длилось буквально мгновение, после чего, видимо, рана вновь напомнила о себе, так как уголки чувственного рта опустились, лоб сморщился от невыразимого страдания, которое демон мужественно терпел. Где-то в душе толкнулась подозрительность. Но только до тех пор, пока я не увидела, как сквозь футболку снова проступила кровь.
— А есть… красные рубашки? — Спросила я, подумав, что будет трудно объяснить окружающим на улицах окровавленную одежду.