Неужели это и в самом деле князь тьмы? Сомнительно. Один лишь черный плащ -свидетельство в его пользу. А вдруг бледный брюнет – агент инквизиции, который только и ищет повод, дабы забросить его тельце на сложенные вязанки хвороста и смеяться, слушая, как лопается на пышущих жаром углях обугленная кожа?
– Но…-вяло промямлил врач. – Это непостижимо… а как же рога… запах серы… страшная пасть… я требую от вас минимального соответствия…
Шеф с откровенной ненавистью бросил окурок на холодный пол.
– Я так понимаю, рога теперь для меня -это как официальный костюм, – процедил он.
– Между тем, дорогой Фауст, я способен принимать любой облик Сегодня у меня меланхолическое настроение. А при желании я запросто превращусь хоть в невинную девушку, мне вовсе не сложно. Тебе необходима классика – хвост, козлиная бородка и копыта? Ладно, я уступлю. Копыто появится в тот момент, когда нужно оттиснуть печать на договоре о продаже души. Демонстрировать же его сейчас нецелесообразно. Сера же – элемент тотальной пропаганды, лживая информация из рекламных роликов Небесной Канцелярии.
Ангелам, знаешь ли, очень выгодно распространять точку зрения, что мой запах неотличим от дохлого скунса. Уверяю тебя – все гораздо проще. Лично я предпочитаю парфюм от Дольче Габбана.
Доктор Иоганн Фауст мрачно молчал. Повисла неловкая пауза."
"– Вот темный народ-то у вас в Средневековье, -злобно сказал Шеф, отворачиваясь от лекаря. – Отлично, будь по-твоему. Сера так сера.
Он извлек из кармана коробок охотничьих спичек, щепотью выгреб оттуда двадцать штук – и разом зажег их, лихо чиркнув об коричневую полоску.
– Ну что? -спросил Шеф с издевкой. – На этот раз сомнения отпали?
По «каменному мешку» пополз сильный запах серы.
Оооо… – застонал доктор, падая на колени. – Оооо… повелитель зла.
Дошло, – обрадовался Шеф. – Удивительно, до чего человечество обожает театральные эффекты. И почему народ всегда впадает в экстаз от плохо пахнущей серы, рогов и декоративных полетов голых ведьм на метле? Мы просто посидеть и выпить пива не можем? Фауст, ты какое предпочитаешь?
Фауст тупо мычал, с немым обожанием глядя на Шефа.
– Никакое, -огорчился тот. – Тогда культурная программа закончена, переходим к делу. Чего ты желаешь в обмен на свою бессмертную душу?
Доктор с изяществом ящерицы подполз к шефским ботинкам.
Значит, так, – сказал он, загибая мизинец. – Хочу денег…
Эк удивил, – заметил Шеф с некоторой усталостью. – Думаешь, ты один такой? Деньги – понятное дело.
