И возможно, в последующие годы родились те четыре брата, приходившиеся Кудеснику кровными родственниками. Библия не дает ответа на этот вопрос. У нее другая установка: у человека с божественным началом, пришедшего в наш мир, не может быть родных. Иначе офисам Голоса на Земле пришлось бы открыто признать – потомки этих людей, в чьих жилах течет святая кровь Кудесника, до сих пор живут среди нас.
– У Кудесника были хорошие отношения с его братьями?
– Официально – да. Неофициально – существует масса апокрифов, которые рассказывают: один из братьев невзлюбил Кудесника за то, что мать уделяла ему больше внимания.
Извечная детская ревность. Рассорившись в далеком юношестве, они больше никогда не общались – если верить апокрифическим источникам, этот брат ушел из дома. Он считал Кудесника выскочкой, своей блажью испортившим жизнь семье. Воскресение явилось для него ударом.
– А как его звали?
– Точно неизвестно. Есть только предположения».
…Шеф отложил таблоид.
Он не узнал из статьи ничего нового: сплетни о разборках в семье Кудесника то и дело «сливали» низвергнутые из Рая падшие ангелы. В свое время Небесная Канцелярия сработала жестко и слаженно, не хуже северокорейской цензуры. Шестикрылые серафимы[68] отовсюду изъяли компрометирующие документы, наглухо запечатав скандальную тему для всеобщего обозрения. Так, впрочем, в Раю поступали с любой информацией, приоткрывающей завесу над личной жизнью Кудесника: это была нежеланная тайна, скрытая под семью замками…Но только не для него.
Щелкнула зажигалка: очередная сигара пыхнула струйкой сизого дыма.
«И в самом-то деле, – серьезно задумался Шеф. Л какое же у него имя?»
…Телефон с голубой кнопкой внезапно издал мелодичную трель…
Эпилог
…Вернувшись с пустым подносом в приемную, Мария-Антуанетта передернулась, вновь узрев тощего мужичка лет пятидесяти. Посетитель терпеливо дожидался ее у канцелярского стола, поигрывая цилиндриком, зажатым в правой руке.
Мужичка, если использовать официальный язык Ада, можно было емко, но верно обозвать «квелым». Впалые щеки выбриты до синевы, унылый крючковатый нос едва не утыкается в вялые бескровные губы, плюс чахлое телосложение – футболка и шорты болтаются, как на вешалке. Головенку, похожую на тыкву, венчает бейсболка с надписью NY, на цыплячьей шее – золотая цепь с крупными звеньями и знак доллара.
