Вместе с доктором Клейгелем – который тоже, насколько вы помните, уже числился погибшим в автокатастрофе.
(надсадный кашель, звон фарфора)…
– (сочувственно) Обожглись кофе? Вам принести салфетку?
Глава четвертая
СТО ЛЕТ БЕЗ НИЖНЕГО БЕЛЬЯ
(Город, приближение полудня, небоскреб Управления наказаниями на Черной улице)
…Неспешно материализовавшись у себя в кабинете, Шеф извлек из чехла только что подписанный контракт. Живые стены запульсировали, расцвечиваясь белыми прожилками по антрацитовому фону – обычная реакция на плохое настроение обитателя кабинета.
«Бред, – подумал Шеф. – Видать, опять настройка в матрице сбилась – не могут отличить глубокий стресс от технической рабочей радости». Раскрыв резной индийский шкафчик из красного дерева, он аккуратно возложил договор на особую полочку. Пыльное нутро шкафчика заполняли сотни избранных пергаментов с порыжевшими от времени подписями – от мудреного автографа царя Птолемея до закорючки певицы Мадонны (покупка души у персонажа с подобным псевдонимом доставила Шефу особенное удовольствие).
Убедившись, что контракт не проявляет намерения свалиться с полки, Шеф устало снял черный плащ. Вернувшись к столу, он понял, почему беснуются стены: в кресле напротив свернулась клубком
Алевтина. Под ее глазами залегли темные крути – она была изрядно взлохмачена и напоминала ободранную дворовую кошку. Особое сходство усиливалось тем, что расширенные зрачки жены Калашникова светились недобрым огнем.
– Опять исчезнете? – прохрипела женщина утомленным от бессонницы голосом.
– Рискните. Но, пока не поговорите со мной – я отсюда не уйду.
Не отвечая, Шеф удобно расположился за столом, зачем-то переложив из одного угла в другой костяное пресс-папье. Разглядывая озверевшую Алевтину, он сжал клыками сигару, с усилием высасывая табачный сок Антрацитовый цвет окружающих стен начал медленно подплывать, меняясь на багровый и алчно разбрызгивая по краям точечные вкрапления желтизны.
– Что значит – не уйдешь? – прорычал Шеф, окутываясь облаком дыма.
– Ты хоть на грамм своего бабского мозга представляешь – кто именно сейчас сидит перед тобой? Не заблуждайся, плиз. Я – извечный повелитель тьмы! Властелин Ада, воплощение вселенского зла, император людских страданий! Твой подсознательный страх, детский кошмар в запертом платяном шкафу! Ужасная тень, ползущая по ночной улице!! Трепещи, ничтожная тля!!!
…Алевтина молчала и, судя по ее виду, наотрез отказывалась трепещать.
