Аманда выглядела максимум на двадцать, когда слетела с его тела и с нежностью оглянулась на него! Но позвольте – так молодеют только очень сильные ведьмы, когда заканчивается срок действия зелья видимой старости, выпитого ими! А могущественные ведьмы не работают куртизанками в стриптиз-клубах, это так же нелепо, как представить девочкой по вызову одну из высших демониц или королеву Англии.
Пока он судорожно обдумывал новые факты в поиске вразумительных ответов на возникшие вопросы, его колдунья вернулась из душа и произнесла, присев на край кровати:
– Да, у меня высокий уровень сил, но я исключительно законопослушный монстр.
Запрещённых зелий втихаря не произвожу, а разрешённые использую на людях только по их убедительной просьбе или применяю в случае экстренной необходимости ради их же блага.
В это он поверил безоговорочно! Если бы сильная ведьма ушла в подпольный бизнес чёрного рынка магии, она бы озолотилась моментально, а через десяток лет стала бы миллионершей, которой точно не пришлось бы идти к демону на содержание, чтобы обзавестись домом и машиной.
Его колдунья оттого и попала в трудную ситуацию, что использует свои силы лишь на благо людей? Похоже, что так, и по сердцу Габриэля разлилось незнакомое тепло и столь же незнакомое прежде желание заботиться и защищать. Он пока не знал, отчего она была вчера такой расстроенной, но, как и обещал себе, избавит её от всех забот.
Тут на его подушку положили конверт, и все логические построения начали рассыпаться, как пещеры гоблинов при землетрясении...
«Не хотела вводить в заблуждение», «должность», «работа», «полиция»... полиция-то тут причем?! «Патологоанатомы» и «отдел токсикологии» – Габриэль окончательно перестал понимать, о чём она речь ведёт. За все прожитые годы он ни разу не чувствовал себя настолько ошарашенным, как в момент обнаружения денег в конверте! Квадратные глаза? А какой ещё формы они могли у него быть при таком причудливом пассаже? Что за пердюмонокль*, как сказала бы его бабушка-француженка?
Объяснения колдуньи окончательно выбили его далеко за грань понимания происходящего: редчайший случай, когда всякие объяснения ещё больше запутывают слушателя.
