– Ударной дозой крови у вампиров лечится практически всё, главное – нейтрализовать источники отравы, так мы их сейчас нейтрализуем. Глен, вы меня слышите?
Вампир кивнул, хоть каждое движение причиняло ему неимоверную боль: лицо несчастного было полностью лишено кожных покровов и представляло собой сплошную кровавую рану, как и большая часть поверхности тела. Местами тело жертвы было обуглено до костей – маньяк проверял эффективность своих горючих зелий. Но вливаемая в вены кровь делала своё дело, помогая химии, работающей в организме под пристальным присмотром токсиколога.
Когда у вампира восстановились выжженные глаза и посмотрели на Аманду осмысленным взором, она удовлетворённо выдохнула. Ну вот, всё как желала Кэтрин: этот парень не доставит ей лишней работёнки, его прах не передадут патологоанатомам. Улыбнувшись спасённому, она вернулась к пойманному негодяю.
– Разрешаю сообщить прокурору, что третью жертву вам прикончить не удалось, – с отвращением глядя на присмиревшего Блэка, известила его Аманда.
– Как и дракона Бони Хэмсета – он вспомнил, как его облил водой «случайный» прохожий, и он точно узнает ваш запах на очной ставке. Рассчитывали, парень сгорит в огне на тренировочном полигоне? Но ему повезло лишь немного обжечься в игре с русалками.
– Зато Маккони не повезло, – ухмыльнулся Блэк.
– Если бы студентка химфака Мария Дэнс смогла устроиться на работу в мой отдел, тоже осталась бы жива, – с горечью констатировала Аманда. – Надо внести дополнительную статью в закон сохранения секретности, позволяющий посвящать людей в тайну существования Иных в связи с профессиональной необходимостью! Например, когда человек очень хочет (и может!) работать в конторе Иных, где у нас вечная нехватка кадров!
– Когда он узнает об Иных, то захочет не работать с вами, а истребить всех вас! – выплюнул Блэк.
– Я больше вашего верю в людей: подавляющее большинство знает, что монстра делает монстром отнюдь не видовая принадлежность, – возразила Аманда.
– Впрочем, вам это подробнее объяснят в суде, перед тем как назначить высшую меру.
– А я, как знаток истории искусства и мифологии, могу сразу объяснить, что любая смерть, к которой меня приговорит суд, будет истинным удовольствием в сравнении с той смертью, к которой тебя приговорил твой любимый демон, ведьма, – ухмыльнулся профессор. Его глаза вдруг выкатились, лицо приобрело синюшный оттенок, дыхание стало прерывистым и частым...
