— Ты же понимаешь, что после этих слов ты обречён? Мы не нападали на тебя лишь потому, чтобы была велика вероятность, что госпожа Астарта находится в плену, — глаза демона покраснели, а сам он будто бы стал шире в плечах.
— Ага, — просто кивнул я. — А ещё я знаю, что в вас теплилась крохотная надежда, что эта шизанутая просто загуляла в лесах. Именно поэтому вы встали лагерем у выхода вместо того, чтобы сразу поговорить или напасть. А то вдруг она действительно не у меня, и я кинусь на её поиски, в надежде получить рычаг давления на вашего босса.
— Где? — с трудом выговорив даже такое простое слово, прорычал демон.
— В шести — семи километрах отсюда. Там, где растут гнойные деревья. Труп баронессы сейчас весело раскачивается на ветвях. Если, конечно, её уже не сожрал кто-нибудь. И, кстати, можешь передать барону, что так будет с каждым, кто посмел напасть на меня и моих людей.
— Ты…"
"— Не, не, не, рогатенький. Без лишних телодвижений, ты мне ещё живым нужен. И желательно целым, — помахал я Ублюдком перед лицом парламентёра, глядя при этом на его доспехи.
— Поэтому не заставляй меня стрелять и просто уходи. Тебе ещё за обглоданными останками ехать и слово перед бароном держать.
Демону явно стоило нечеловеческих усилий сдержать себя в руках, но стоит отдать ему должное, он себя пересилил. Лишь бросил убийственный взгляд и, молча развернувшись, зашагал в сторону лагеря.
— Эй, рогатый! — окликнул я демона, и тот замер, после чего обернулся. — Советую поторопиться с отбытием.
Если через несколько часов ты отсюда не исчезнешь, в гости приду уже я. И тогда к барону ты отправишься один. Без своей маленькой армии и без тела его дочери.
Глядя на рогатого, я даже приготовился щит активировать, опасаясь, что того разорвёт на мелкие кусочки. Однако обошлось. Демон просто зарычал, после чего быстрым шагом отправился восвояси.
— Блин, всё же не видать мне этих доспехов, — грустно произнес я, глядя в спину удаляющемуся мертвецу.
* * *Замок барона Ситри
Двести восьмой день проекта
— Унести эту падаль! И закопать его без права на воскрешение! — барон пнул обезглавленное тело, и двое слуг тут же подхватили его и потащили к выходу.
Третий же взял за рога голову и, стараясь не смотреть на испещрённое татуировками лицо, пошёл следом.
— Господин, может, всё-таки не стоит? Его люди не поймут подобного поступка, — негромко произнёс один из советников, находившихся в зале в тот момент, когда сэр Паймон внёс тело дочери барона.
