Однако в 1938 году Фунакоси был назначен неофициальным советником (шокутаки) японских вооруженных сил в Ханькоу. Тогда же Каваи занялся тем, что можно описать, как «создание марионеточных политиков» в японской армии на севере Китая[132]. Эта работа, в которой принуждение, подкуп и интриги были главными составляющими, была хорошо знакома Каваи и, похоже, очень хорошо подходила к его авантюрному темпераменту, одновременно давая ему широкие возможности взглянуть на то, что творится за кулисами политической сцены.
Раз или два он сумел побывать в Японии и доложить о своих наблюдениях Одзаки.
В сентябре 1940 года Каваи вернулся в Японию по делам. Одзаки попросил Мияги позаботиться о нем, но похоже, что Мияги и Каваи находились не в самых дружеских отношениях. Дело в том, что Мияги попросил Каваи выполнить разведывательное задание в районе Нагой, однако или из-за лени, или из-за невежества, но Каваи это дело провалил, и в конце концов именно Одзаки нашел ему работу в бумажной компании в мае 1941 года.
По этой ли причине или из-за того чувства восхищения, которое Каваи испытывал перед Одзаки, но японская полиция и прокуроры зачислили Каваи в число субагентов Одзаки, а не Мияги.
Трудно поверить, что после 1940 года, когда он вернулся в Токио, Каваи мог быть очень полезен группе Зорге. Его арестовали 22 октября 1941 года и в конце концов приговорили к десяти годам тюрьмы."
"Мизуно Шигери, описанный Зорге как «скорее ученый, а не политический шпион», поступил в Восточно-Азиатскую школу режиссуры в Шанхае в 1929 году, когда ему было девятнадцать лет.
Там во время учебы он и познакомился с Одзаки. Позднее коммунистический аппаратчик Кито Гиничи представил его Зорге, и Мизуно стал членом шанхайской группы.
Мизуно, как и остальные студенты школы, придерживавшиеся левых убеждений, был арестован консульской полицией за распространение пацифистских листовок среди японских военно-морских кадетов, посещавших Шанхай: листовки эти он и его друзья опускали в почтовые ящики.
Мизуно посчастливилось: самое худшее, что досталось на его долю — десять дней пребывания в полицейском участке. Правда, он был исключен из школы и отныне оказался вовлеченным в подпольную работу в Китайской коммунистической партии. Что, конечно же, не могло не привести к повторному аресту и депортации в Японию.
В Японии Мизуно, благодаря помощи Одзаки, поступил на работу в широко известный частный исследовательский институт в Осаке.
