Не ранее 11 февраля Вукелич сошел на берег в Йокохаме. Так случилось, что это был японский народный праздник Кигенсетсу, когда традиционно отмечался день основания государства императором Дзимму в 600 году до новой эры.
Почти сразу Вукелич обнаружил, что ему будет весьма трудно свести концы с концами. Друзья «Ольги» перед отплытием из Франции снабдили его 1800 иенами, и Вукелич посчитал, что эту сумму ему придется «растянуть» на шесть месяцев, однако уже в Японии понял, что супружеской паре, живущей в «Империал-отеле», требуется не менее десяти иен в день.
Квартира в районе Бунка обходилась, конечно, дешевле, и триста иен в месяц поэтому казались подходящей суммой. Однако он быстро понял, что его расчеты неверны, ибо основывались на устаревшей информации.
«Все это оказалось потрясающей неудачей, почти провалом, и позднее мне пришлось столкнуться с большими трудностями.
Десяти иен в день на квартиру и еду хватало супружеской паре десять лет назад, а в 1933 году, когда мы приехали в Японию, женатая пара европейцев тратила более десяти иен в день, даже снимая квартиру в районе Бунка.
Более того, эти десять иен в день заставляли европейцев ограничивать себя во многом — в осмотре достопримечательностей, например. Десять иен в день не позволяли потратить хотя бы одну иену на подобные цели».
Многие японцы считали в то время район Бунка — наряду с «Империал-отелем» — отвечающим последнему слову европейской роскоши и целесообразности. (Бунка по-японски означает «культура»).
Однако район этот вернее было бы описать как провинциальный стандарт комфорта и вкуса, соответствующий концу викторианской эпохи. Дома выходили окнами на оживленную дорогу, а также на глубокий, довольно мрачного вида канал Окано-мизу, что переводится как «превосходная чайная вода», и очень оживленную электрическую железную дорогу, по которой в течение всего дня каждые несколько минут с грохотом проносились поезда.
Оказаться заточенным здесь, да еще в стесненных материальных обстоятельствах, стало тяжким испытанием и для мужа, и для жены.
Эдит Вукелич, судя по всем отзывам о ней, не отличалась бережливостью.
Вукелич понял, что ему придется ждать до августа визита «Шмидта» — человека, который должен будет дать ему дальнейшие инструкции и указания в Японии. По крайней мере, такой вывод можно сделать из высказывания Вукелича в его признании. «Шмидт» же (Зорге) вышел на контакт с ним лишь в октябре.
